23 октября, среда | evrazia.org |  Добавить в закладки |  Сделать стартовой
б.Украина | Интервью | Аналитика | Политика | Регионы | Тексты | Обзор СМИ | Геополитика | Кавказ | Сетевые войны
Абубакаров - воспитанник традиционного для Дагестана и Чечни ислама, последовательно и смело выступал против ваххабизма, изобличая его идеологию, практику Военные столкновения между ваххабитами и последователями суфизма
Российские власти прозевали ваххабизм"
Начавшийся в Чечне процесс шариатизации показал полную неподготовленность граждан и духовенства к этой ситуации - республике практически не было глубоко подготовленных шариатских судей Шариатское правление в Чечне и его последствия
Кавказ не готов к обустройству исламского государства"
Практические деяния ваххабитов, во всяком случае, тех, кто маскировался под ними, сопряжены многочисленными преступлениями против личности Исламский радикализм как фактор общественной угрозы
Ваххабизм был привит Кавказу мондиалистами"
Операция ВС Турции в сирийском Африне против курдских вооруженных формирований направлена на ослабление позиций США в Сирии, что в интересах как Москвы, так и Дамаска, заявил РИА Новости председатель турецкой партии "Родина" (Vatan) Догу Перинчек. Он расц Перинчек: Операция в Африне ослабляет позиции США в Сирии
Турция vs США или... ?"
Несмотря на чудовищно подрывную миссию так называемых «национал-демократов», наша русская, евразийская империя свободных народов найдёт место и для них Евразийство vs национал-демократия: кому действительно нужна Великая Россия?
«Нацдемы» не смогут остановить Империю"
Запад - внутри нас во всех смыслах, включая сознание, анализ, систему отношений, значений и ценностей. Нынешняя цивилизация еще не вполне русская, это не русский мир, это то, что еще только может стать русским миром Шестая колонна - главный экзистенциальный враг России
У России есть враг и пострашнее «пятой колонны»"
Поправки в Федеральный закон от 07.07.2003 года № 126-ФЗ «О связи» в части оказания услуг подвижной радиотелефонной связи вступили в силу с 1 июня 2018 года. Об этом рассказывает Федеральное агентство новостей в статье «Связь по паспорту: с 1 июня анонимн Поправки ФЗ «О связи»: что кому грозит
Конец эпохи анонимных «симок»"
Цифровая платформа, позволяющая мелкому и среднему бизнесу Евразийского Экономического Союза быстро и с минимальными издержками продать свою продукцию за рубеж разрабатывается сегодня специалистами Пермского государственного университета (ПГНИУ). Группа р Цифровая платформа на базе Блокчейн
Многополярная альтернатива VeXA"
Америка на пути к распаду Америка на пути к распаду
СШа трещат по швам"
Сто лет расстрела: уврачевать раскол Сто лет расстрела: уврачевать раскол
Сверхидея: пространство и судьба"
Размышления о том, почему мы и дальше будем наслаждаться привычными кадровыми решениями президента Новое правительство б/у чиновников
Почему мы и дальше будем наслаждаться кадровыми решениями"
Перед грядущими президентскими выборами сторонники Владимира Путина вспоминают самые разные его заслуги. Политическая стабильность, экономический рост, международный авторитет и суверенная внешняя политика, возвращение Крыма и строительство Керченского мо Вертикаль власти – главная стройка Владимира Путина
Главная стройка Путина"
К глубокому сожалению, Греция захвачена глобалистами. В самом начале была надежда на то, что Ципрас и его правительство начнут действовать в интересах греческого большинства. Однако греческий экономический кризис оказался настолько глубок, что не сложными Европейские реалии: Греция захвачена глобалистами
Афины на пороге позора"
«Мы показали, что в мире больше нет одного хозяина, который вправе распоряжаться судьбами народов только по собственному произволу» Признание, окончательно и бесповоротно
Россия спасла от геноцида осетин и абхазов"
Неоевразийство — политическая философия, наследующая классическому евразийству и русской консервативной мысли. Классическое евразийство возникло в среде русской эмиграции, размышлявшей о причинах краха русской культуры и гибели государства. Неоевразийство Неоевразийство как ценностная система
И снова об идеях..."
Евразийский меридиан должен быть не столько границей между Европой и Азией, сколько границей между Западом и Востоком, между западными и восточными культурами и цивилизациями Время Евразийского меридиана
Россия в праве ввести очень перспективный бренд"
Мифы, мечта и постмодерн Мифы, мечта и постмодерн
Архетипы и Голливуд"
«Пулемёт Максим» - это словосочетание для человека неискушенного давно стало устойчивым. Ну не РПК же, ПКМ, Печенег и тд или хотя бы ППШ вспоминает обыватель, когда слышит слово «пулемёт»! Только «Максим» - эта ассоциация железобетонная и обжалованию не п «Максим» - человек и пулемет: 130 лет в России
8 марта и пулемёт Максим"
Если Франция не хочет хранить свою традицию, она получит чужую, выстроенную на обломках христианской цивилизации Пожар умирающей Европы
По ком струится чёрный дым?"
Россия, Комсомол, Профсоюз, Традиция… и нету других забот! Россия, Комсомол, Профсоюз, Традиция… и нету других забот!
Ради будущего"
Три «В» российской системы воспитания Три «В» российской системы воспитания
Без идеи мы потеряем всё"
...Прежде всего в себе нужно разбудить Мефистофеля, язычество, стихии - огонь, землю, воду, ветер... Бред здорового воображения
Интервью с Ником Рок-н-Роллом (Николаем"
Грузия с Россией: новая молодежная сила готовится менять вектор Тбилиси Грузия с Россией: новая молодежная сила готовится менять вектор Тбилиси
Куда повернет Грузия?"
«К сожалению, Сербия находилась многие годы в режиме либеральной глобалистской оккупации и внешнего управления и там, несмотря на присутствие братского, самого близкого нам народа – сербов, - православного народа, который выходит с нами из единых культурн Коровин: Сербы заявляют свою волю
Сербы и постчеловечество"
На арене Беня На арене Беня
Встречайте нового президента бывшей Украины!"
Как украинский криминал сращивается с властью, влияет на политику и управляет государством Украина криминальная: кровавый экспорт за пределы и схватка за власть
Украниский криминал во власти"
Разделяй и властвуй принцип управления и поглощения весьма известный еще в дремучем средневековье, и такой подход применяют по отношении к Православной Церкви. Но кто заказчик? Откуда растут ноги украинской «автокефалии»? Откуда растут ноги украинской автокефалии?
При Ватиканском обкоме..."
Новый путь России Новый путь России
Исторические возможности за пределами Путина"
Палестина: современность Палестина: современность
Решение - 50/50"
Победа над спарринг-партнёром вскружила голову мечтателям о господстве над миром и серьёзно притупила бдительность. Они всерьёз решили, что «враг» повержен, и можно более не напрягаться. Была даже популярна мысль о «Конце истории». Как результат – ряд рок Глобальные косяки глобального Запада
Запад и Беларусь"
 АВТОРСКИЕ КОЛОНКИ

Свобода белорусского народа: помнить и чтить
17 сентября советские войска пересекли границу и вступили в охваченные хаосом Западную Белоруссию и Украину, где их встречали с цветами, целуя танки 4 сентября 2009, 09:00
Версия для печати
Добавить в закладки
Исторический анализ социально-экономического положения Западной Белоруссии накануне освобождения от польских оккупантов выявляет несостоятельность политических утверждений местечковых националистов

17 сентября 1939 г. - знаменательная дата в истории белорусского народа. В этот день начался освободительный поход Красной Армии в охваченную войной Польшу (II Речь Посполитую), о чем сообщил в своем радиовыступлении Председатель Совета народных комиссаров СССР В. М. Молотов.

Сегодня, когда в угоду политической конъюнктуре «переоцениваются ценности» и вместе с ними исторические события, важно верно расставить акценты над историческими фактами, являющимися аргументами в процессе выработки идеологической линии государства. Вызывает тревогу факт замалчивания данной даты и связанных с нею судьбоносных для белорусского народа событий накануне юбилея воссоединения белорусов в едином национальном государстве - первом подлинно национальном государственном образовании за всю историю белорусского народа.

Обратим внимание на ряд характеристик социально-экономического положения западнобелорусских земель. Факты красноречиво свидетельствуют о той «альтернативе», о которой восхищенно и с придыханием говорят «свядомыя» местечковые националисты.

Во всех отношениях «восточные окраины» целенаправленно были превращены в колонию центральной Польши, ее аграрно-сырьевой придаток с полунатуральным низкодоходным производством.

В годы Первой мировой войны результате захватнической политики польских шовинистов, поддерживаемых Антантой, бывшая окраина Российской империи обрела формальную независимость (1916 г.). По сути, союзники воевали на два фронта: добивали ослабевшую Германию и своего бывшего союзника - Россию. Из лимитрофов антибольшевистская коалиция выстраивала «санитарный кордон», реализуя планы ослабления побежденной Германии и дальнейшего расчленения Советской России.

В марте 1918 г. в Брест-Литовске подписан мирный договор между Советской Россией и Германией в союзе с Австро-Венгрией. Россия теряла Польшу, Финляндию, Прибалтику, Украину, часть Белоруссии. В декабре 1919 г. Высший совет Антанты устанавливает временную восточную границу Польши по «линии Керзона». В 1919 г. по Версальскому договору к Польше отходят германские территории - Поморье и Познань (города Бромберг, Быдгощ, Познань и др.). В сентябре 1919 г. по Сен-Жерменскому договору Польша присоединяет к себе Галицию (города Львов, Станиславов, Перемышль, Тернополь и др.). Подстрекаемая и вооружаемая Антантой, в октябре 1920 г. она захватывает у Советской России часть белорусских и украинских земель - Новогрудок, Полесье, Волынщину. В марте 1920 г. польские легионы отторгают у Литвы Виленщину, населенную преимущественно белорусами. В марте 1921 г. в Риге Советская Россия и Польша подписывают Договор о границе: Западная Белоруссия и Западная Украина отходят к Польше. В 1921-22 гг. она снова укрупняется за счет германских территорий - Верхней и Южной Силезии. В марте 1923 г. союзные державы признают г. Вильно и Восточную Галицию территорией Польши.

В 1938 г. (после «Мюнхенского сговора») в союзе с гитлеровской Германией Польша участвует в захвате Чехословакии и присоединяет к себе Тешинскую область. Накануне польское правительство отклонило просьбу СССР предоставить «коридор» для ввода советских войск в Чехословакию, дабы гарантировать его безопасность. В ответ советскому правительству со стороны Польши было заявлено: подобного рода действия будут означать начало войны с СССР. К словам маршал Рыдз-Смиглы добавил в начале сентября крупнейшие маневры на польско-советской границе в районе Волыни. Видя такую решимость, 23 сентября Советское правительство заявило официальной Варшаве: вод польских войск в Чехословакию будет означать акт не вызванной агрессии, подразумевающий денонсацию польско-советского пакта о ненападении от 25.07.1932 г. По иронии судьбы, трагедии Чехословакии в 1938 г. и Польши в 1939 г. приобретут разительное сходство.

Примечательно, что молодое польское государство в своей внешней политике опиралось на ультиматумы, откровенную агрессию, разбалансировку шаткой системы мирообеспечения и коллективной безопасности. Без объявления войны и нарушая перемирия, Польша дважды нападала на Литву и оккупировала Вильнюс (в 1919 и 1920 гг.), а также на Советскую Россию в 1920 г. В 1938 г. Польша в ультимативной форме под угрозой военного вторжения решала территориальные проблемы с Литвой и Чехословакией.

Являясь одной из учредительниц Лиги Наций, милитаризированная Польша откровенно ее игнорировала 1920-30-е гг. Так, в 1934 г. польское правительство уведомило Лигу Наций об одностороннем расторжении договора о защите национальных меньшинств и совместно с Германией сорвало подписание «Восточного регионального пакта». В 1938 г., прибегнув к ультиматуму и угрозе военной агрессии, не дожидаясь выполнения Мюнхенского соглашения, Польша силой захватывает Тешинскую область, которую 28 июля 1920 г. уступила Чехословакии в обмен на нейтралитет в польско-советской войне.

Такое поведение Польши У. Черчилль (тонкий знаток колониальных животных) сравнил с «жадностью гиены». Таким образом, II Речь Посполитая приросла в результате захватнических войн и аннексий, на что обращают внимание не только советские историки, но и западные - Н. Ачерсон, Ж. Бувье, Ж. Гасон, Н. Вакар, Д. Далинин, К. Фармер, З. Коэтс, С. Хорак и др. В итоге, реализуя «ягеллонскую идею» («Дранг нах Остен» в версии пилсудчиков), II Речь Посполитая приблизилась к территориальным владениям времен I Речи Посполитой (1569-1795), «лоскутное одеяло» которой также прирастало захватническими войнами и аннексиями.

Относительно «крессов всходних» отметим: граница 1921 г., признанная великими державами и, вынужденно - Советской Россией, не отражала ни этнографической карты расселения поляков, ни границ прежнего Королевства Польского, закрепляя лишь status quo: здесь остановились польские легионы. Соседние страны под нажимом Антанты смирились с таким положением дел, не оставляя надежд на возвращение своих территорий. Фашистский режим Пилсудского, в свою очередь, столкнулся с рядом проблем: национальные меньшинства населяли половину всей территории страны и составляли почти 40% ее населения. Среди них: украинцев - 8 млн. чел., белорусов - 3 млн. чел., евреев - 3 млн. чел., а также литовцы, немцы, чехи и др. Собственно западнобелорусские земли, являвшиеся частью «крессов всходних» («восточных окраин») II Речи Посполитой, составляли 113 кв.км. - 24% ее территории с 11% населения. По состоянию на 1931 г. там проживало 4,6 млн. чел., из них: белорусов - 65%, поляков - 15%, евреев - 11%, украинцев - 4%, литовцев - 2,5 %, русских - 2%; в сентябре 1939 г. - 5 млн. чел.

Рассмотрим социально-экономическое положение «восточных окраин» подробнее.

Образование во II Речи Посполитой было доступным лишь буржуазии и аристократии. Даже зажиточному крестьянству и мещанству центральной Польши было доступно лишь среднее и, нечасто - средне-специальное образование. Подавляющее большинство жителей «кресов всходних» оставалось безграмотным (практически все село) и малограмотным. Например, в 1938 г. в Новогрудском воеводстве неграмотные среди взрослого населения составляли около 60%, а в Полесском - 70%. В то же время их братья в БССР прошли массовый ликбез и могли не только считать и писать, но и могли обучаться на родном языке в вузах и ссузах, развивать национальный театр и кинематограф. Для широких масс западнобелорусского крестьянства это являлось едва ли не пределом мечтаний: год обучения в гимназии стоил 220 злотых.

Пилсудчики рассчитывали на то, что забитые и темные массы «кресов» легче поддадутся полонизации и окатоличиванию. На это была направлена вся политика II Речи Посполитой. Национальное образование было ликвидировано: к 1939 г. не осталось ни одной белорусской школы (в 1920 г. таковых было открыто около 400, в 1924 г. осталось 37); общее количество украинских школ сокращено в 10 раз и переведено на польский язык обучения. «Права меньшинств», закрепленные в Конституции, выглядели откровенным фарсом: «Белорусы не допускались на государственную службу, а в польских почтово-телеграфных ведомствах не принимались письма и телеграммы, написанные на белорусском языке даже латиничным шрифтом», - отмечают И. Ковкель и Э. Ярмусик.

Дискриминировалась оплата труда учителей - белорусов и украинцев, в целях полонизации их замещали кадрами из центральной Польши. Православная церковь находилась под жесточайшим преследованием не смотря на ее насильственную автокефализацию, откровенное разграбление храмов и монастырей, преследование духовенства и дискриминацию православных мирян.

Социальная защищенность местного населения присутствовала в зачаточном состоянии и, если позволительно вообще говорить о таковой, то применительно к польской интеллигенции и бюрократии, а также к осадникам. Профсоюзы подавлялись в зародыше, о национальных профсоюзах речи идти не могло, попытки организовать стачки и забастовки жестоко пресекались. Диктатура Пилсудского была своего рода «витриной капитализма», точнее - его крайних форм. К примеру, та же Франция, - на которую ориентировалось польская элита, с которой связывала надежды на защиту в случае угрозы с третьей стороны, которой постоянно предлагала прожект «крестового похода» против большевистской России - давно и далеко продвинулась в социальных гарантиях, легализации и повышения роли профсоюзов и т. д.

Медицинское обслуживание «кресов всходних» находилось на крайне низком уровне, оставаясь недоступным широким массам. В 1929 г. на 3,3 млн. западных белоруссов приходилось 75 небольших больниц (1:44 000), визит фельдшера стоил 5 зл., лекарства в аптеке в среднем - 12 зл. Показатели по детской смертности указанных регионов значительно превышали аналогичные данные по центральной и западной Польше. Эпидемии «социальных» заболеваний, являвшихся спутниками нищеты и голода, выкашивали десятками и сотнями тысяч белорусов и украинцев. Крайне низкая производственная безопасность, отсутствие охраны труда и антисанитария ежегодно давали сотни увечий на производстве и, как их следствие - смертей. «Многие рабочие городских и местечковых предприятий жили в тесных холодных бараках, подвалах, где часто отсутствовала вода, тепло, электричество. В одной комнате жили по 5-6 человек. Квартплата к тому же забирала более 1/3 заработка», - отмечает Ю. Л. Грузицкий. В 1930-х гг. на треть снизилась рождаемость, в основном - за счет «кресов всходних».

Питание среднестатистического жителя «кресов всходних» не позволяло ему чувствовать себя гражданином цивилизованного европейского государства. Картину «зажиточности» белорусов в Польше характеризует потребительская корзина. Норма потребления практически всех продуктов питания у жителей белорусских и украинских земель значительно ниже, чем у поляка. Например, среднегодовое потребление мяса в Западной Украине и Белоруссии составляло менее половины от нормы жителя центральной Польши (20 кг. / чел. по стране), во многих населенных пунктах «кресов всходних» едва превышая 4 кг./чел., а хлеб вытеснялся картофелем. Велика была смертность от голода.

Правовое положение белорусов и украинцев на оккупированных II Речью Посполитой территориях существенно отличалось от поляков центральной Польши. Им фактически было отказано в национально-культурном самоопределении и развитии. Повсеместно ликвидировались школы национальных меньшинств. За короткий срок пилсудчики полностью ликвидировали белорусские школы, жестоко преследовали белорусскую интеллигенцию (даже сторонников «федерализации»), общественно-политический актив белорусских партий и общественных объединений. Гонениям подверглись национальные и религиозные меньшинства, прежде всего - белорусы и украинцы православного вероисповедания.

Осадничество в сфере землевладения было дополнено привлечением шовинистически настроенных педагогов и бюрократов из центральной Польши, откровенным фарсом выглядело т. наз. местное самоуправление «кресов всходних». В глубоком подполье оказалась национальная печать. Впрочем, фашистский режим жестко цензурировал и преследовал практически все издания, хотя бы на йоту отступавшие от официозных идеологем. Любая попытка хотя бы заявить о своем униженном и бесправном положении подавлялась жестокими репрессиями.

Как следствие - возникло партизанское движение, поддерживаемое из СССР. Костяк его составляла белорусская и украинская беднота, хотя были и польские отряды. Власти усилили репрессии, прибегли к откровенному террору и правовому произволу, массовым экзекуциям и показательным процессам с чудовищными приговорами. В ходе военно-полицейских карательных операций пилсудчики не жалели ни женщин, ни детей, ни стариков, выжигали целые деревни, устраивали массовые порки и изнасилования.

В экономическом, политическом, социальном, культурном отношениях «восточные окраины» целенаправленно были превращены в колонию центральной Польши, ее аграрно-сырьевой придаток с полунатуральным низкодоходным производством.

Состояние промышленного производства характеризуют современные отечественные историографы: «Ее основу (промышленности - С. Ш.) составляли предприятия пищевой и мясоперерабатывающей отраслей. На их долю приходилось 2/3 от общего количества предприятий и числа рабочих… Всего в 1928 г. в Западной Беларуси действовало около 2 тыс. предприятий, однако большинство из них имело полукустарный характер. На 80% предприятий работало от 5 до 20 человек», - указывают в своем учебнике профессора И. Ковкель и Э. Ярмусик. «Однако в 1928 г. на долю Виленского, Новогрудского и Полесского воеводств приходилось только 2% общего объема промышленного производства Польши и только 1,5% рабочих», - отмечает Ю. Грузицкий.

Постоянные кризисы не давали подняться ни экономике «восточных окраин», ни выбраться из нищеты их населению. В 1929-38 гг. в Западной Белоруссии было закрыто около 200 промышленных объектов, что явилось причиной ликвидации 17,4% предприятий и безработицы 85% рабочих. Многие предприятия были загружены едва на треть (деревообрабатывающая отрасль), на половину (силикатная) и т. д. Ю. Грузицкий дает просто убийственные характеристики промышленности Западной Белоруссии: «Оборудование фабрик и заводов было весьма примитивным. Почти не использовалась механизация и электрификация… Отсутствие капиталов не позволяло осуществлять реконструкцию…».

Массовая безработица сопутствовала голоду и эпидемиям. К концу 1930 г. около 50% трудоспособного населения (около 700 тыс. чел.) были «избыточной рабочей силой», перебивавшейся случайными заработками внутри страны, мигрируя на биржи труда соседних стран, эмигрируя в другие страны вплоть до Латинской Америки. Пособие по безработице в Польше составляло 4-5 зл. в месяц, на семью 6 и более чел. выходило 16-20 зл. Но так как выжить на это было невозможно, то «пособие» заменялось 2 тарелками баланды и 300 гр. хлеба в сутки.

Нельзя сказать, что лишь «восточные окраины» стали жертвой циничного хищничества, авантюризма и самонадеянности польского правительства - все польское государство походило на гнилую тыкву.

В 1929 г. правительственная «Газета Польска» писала о массовом голоде в виленском воеводстве, когда сотни тысяч крестьян готовились к голодной смерти, закрывались семьями в хатах «вместе с женами и детьми лежали, ожидая, когда смерть сократит их голодные муки». В 1931 и 1932 гг. голод был особенно силен. Так, в 1932 г. голодало около 60% ошмянских крестьян - они не могли выбраться из долговой кабалы и угнаться за подорожанием, им нечем было сеять. В 1934 г. в Виленском воеводстве голодало 200 тыс.чел. Благодаря «ножницам цен» промтовары - плуги, косы и проч. - в 1935 г. выросли в сравнении с ценами 1928 г. в 2-3 раза. Неплатежеспособность населения повлекла массовое закрытие предприятий торговли.

В сельскохозяйственном производстве Западной Белоруссии было занято более 80% ее жителей. «В 1921 г. бедняки составляли 62%, середняки - 30%, кулаки - 8%. К середине 30-х эти показатели соответственно составили 78-80%, 15-17 и 5%», - отмечает Ю. Грузицкий. Отметим, что в данный период не было войн и необычных природных катаклизмов.

Жесткая эксплуатация крестьян породила малоземелье и массовое разорение крестьянских хозяйств, выбросив на рынок рабочей силы десятки тысяч нищих и полуголодных бродяг-батраков, готовых на любой труд ради спасения себя и своих детей от голодной смерти (некоторые прибегали к самоубийству от голода).

В 1933 г. польские власти принимают новое наступление на систему социального страхования и трудовых отношений, закрепляя это законами и решениями правительства: отпуск сокращается с 8 до 4 дней, на 50% сокращаются выплаты по больничному листу (ранее составлял 60% заработка), зарплата сокращается почти в 3 раза в сравнении с 1928 г. Средняя еженедельная зарплата рабочего Варшавского воеводства составляла 42 злотых, в Новогрудском воеводстве - 15 злотых. Но после налогов и многочисленных штрафов оставались гроши, которые порой выплачивались через 3-4 месяца или заменялись талонами в магазины с завышенными ценами. По сведениям белорусского исследователя Грузицкого, в сер.1920-х 1 кг. ржаного хлеба стоил 0,45 зл., пшеничной муки - 0,9 зл., масла - 6,3 зл. Исходя из доходов, не трудно представить питание семьи рабочего, которая, как правило, ютилась в съемном жилье.

Оплата труда батрака и рабочего «кресов всходних» существенно уступала таковой в сравнении с центральной Польшей - например, за более продолжительный рабочий день в 12-14 час. белорусский рабочий получал на 40-50% меньше рабочего Лодзи и Варшавы, а заработная плата 9/10 городского пролетариата Польши была значительно ниже прожиточного минимума. Крестьяне же работали по 16-18 часов в сутки, но благосостояние их падало: согласно официальным данным, с 1928 по 1932 г. их заработки уменьшились более чем на половину, выплачивались натурой. При этом жители Западной Белоруссии платили налоги в 7 раз превышающие царские (довоенные), около 90% безработных не получали никакого пособия по безработице. Лишь искусственное сдерживание миграции ретушировало очевидный кризис социально-трудовых отношений. Напомним, что в то же время в БССР была полностью ликвидирована безработица, голод, безграмотность, шла не виданными Европой темпами индустриализация.

Хищническое разграбление природных ресурсов Западной Белоруссии и Украины поощрялось центральным правительством, как и удушение любых отраслей, которые могли составить конкуренцию производителям центральной Польши. Такая система целенаправленно создавалась и основывалась на польских латифундиях и монополистическом капитале, полуфеодальных отношениях, ценовой и налоговой дискриминации, завышенных железнодорожных тарифах, откровенно разбойничьем военно-полицейском колониальном терроре. Разорение и глубокий экономический упадок отторгнутых польской военщиной белорусских и украинских земель превратил их в рынок сбыта промышленных товаров по искусственно завышенным ценам, произведенных в центральных и западных воеводствах.

Ценовая дискриминация также проявилась в искусственном занижении зоготконторами и синдикатами закупочных цен на сельхозпродукцию «восточных окраин». Непоправимый ущерб наносился экологии. Например, массовая вырубка леса, вывозившегося «кругляком» на переработку в центральные и западные воеводства, сопровождалась уничтожением флоры и фауны, в частности - реликтовых сокровищ Беловежской пущи; ограничивалось собирательство как форма прокорма нищенствующих крестьянских хозяйств. Перерабатывающие предприятия Западной Белоруссии и Украины деградировали - например, спичечное производство на Полесье (во многом - следствие установленной «спичечной монополии» Крейгера), текстильное в Белостоке, предприятия кожевенные, литейные, деревообрабатывающие и др.

Слабо была развита не только механизация, но сохранились реликтовые формы вспашки («новь»), массовый переход от плуга к сохе и т. д. В согласно переписи 1927 г., около 30% крестьянских хозяйств не имели коней вообще, около 60% - одного, около 15% - без коров, 51% имели одну корову. «Обследование отдельных районов, произведенное в 1935г., выявило деревни, в которых число безлошадных хозяйств достигало 80% всех дворов», - писал журнал «Проблемы экономики». Воеводства «кресов» потребляли лишь 7% всей электроэнергии, 15% железа, 20% сельскохозяйственных машин, искусственных удобрений и т. д.

Землевладение «кресов всходних» характеризуется засильем крупных польских помещичьих латифундий. В течение нескольких лет правительство добилось создания в районах Западной Украины и Западной Белоруссии около 20 тыс. военно-поселенческих хозяйств осадников - отставных офицеров и унтер-офицеров с целью колонизации этнографически непольских земель и выполнения полицейских функций. «Они получали бесплатно или по небольшой цене земельные участки по 15-45 га и на льготных условиях долговременные кредиты на обзаведение хозяйством, за государственный счет строили жилые помещения», - отмечает Ю. Грузицкий. На льготных условиях осадники могли расширять свои владения, однако, как отмечает тот же автор, «почти все осадники находились на государственной службе и не очень желали работать на земле, поэтому они нередко отдавали участки на обработку крестьянам за арендную плату».

Типичный надел белорусского и украинского крестьянина составлял около двух гектаров: 31 тыс. западнобелорусских крестьянских хозяйств имели от 0,5-2 га. земли, 112 тыс. - 2-5 га. Более 60 % крайне безземельных крестьянских хозяйств едва сводили концы с концами батрачеством и первобытным собирательством. Помещикам принадлежало в среднем ¾ земельных угодий. Например, на Полесье помещикам принадлежало 2/3 земель (латифундистам - около 1500 тыс. га.), а белорусской бедноте - 1/16. За аренду помещик забирал от ½ до 2/3 чистого сбора, использовал отработки, издоль­щину, натуральную оплату (оброк) за пользование помещичьим пастбищем, сбором ягод и грибов в помещичьем лесу, за воду из помещичьего колодца, за проезд по помещичьей земле, даже за хождение по помещичьей меже.

Если крестьянин не мог платить и отрабатывать, его штрафовали, еще больше загоняя в долговую кабалу. Сами помещики, в зависимости от которых находились суды и полиция, судили крестьян, а то и попросту подвергали избиениям, конфисковывали и распродавали за бесценок имущество должников. Насилие и издевательства над крестьянами со стороны помещиков носили массовый характер, отличались особой жестокостью и цинизмом (особенно - со стороны осадников), возвратив белорусов и украинцев в мрачное время крепостничества.

«Восточные окраины» были отброшены к экстенсивному производству, что подтверждает сравнительный анализ сбора зерновых и картофеля: в 2 раза ниже по сравнению с центральной Польшей. Сельское хозяйство Западной Белоруссии достигло уровня 1913 г. лишь в 1929 г., а промышленное производство так его и не достигло (даже в целом по стране). Однако с этого же года начинается очередной спад как в животноводстве, так и в урожайности агрокультур, продолжавшийся до середины 1930-х, сменившись стагнацией.

Тема «17 сентября» в последнее время приобрела особый интерес, приобрела оттенок идеологического противостояния. «Свядомые» оппоненты в качестве аргумента высказывают: у восточных белорусов не было земли. На самом деле земля в БССР была и находилась в общенародной собственности, большая часть сельхозугодий - в пользовании коллективных хозяйств. В Западной Белоруссии («восточных окраинах» РП) земля находилась в частной собственности, ее можно было купить: по парцелярии 1919-1929 г. 1 га стоил 610-830 злотых (не считая спекулятивных накруток) - совершенно «небольшие» деньги при массовой нищете и безработице.

Демонизируя советский строй (который, как и любой другой, не был идеальным), припоминая коллективизацию и трудодни, отсутствие паспортов у колхозников (ограничивающих миграцию) и низкий уровень потребления, оппоненты госидеологии стараются дискредитировать ее ценностно-мировоззренческие основания. Порой они откровенно игнорируют контекст событий, фальсифицируют исторические факты, опускаются до инсинуаций и грубых провокаций. Однако альтернатива советскому строю в форме «кресов» едва ли могла прельстить современников.

При более пристальном рассмотрении исторического мифа об «ужасном советском прошлом» оказывается, что паспортизация сельского населения Белоруссии носила массовый характер, таковая прошла и в Западной Белоруссии после воссоединения; коллективизация в БССР даже в 1930-х не закончилась, а в западной ее части закончилась после Великой Отечественной; натуральная и полунатуральная оплата по трудодням действительно не позволяла колхозникам жить «на широкую ногу». Тем не менее, голода не было, а медицина и образование (в т.ч. высшее, в лучших вузах страны) стали доступными практически всем и бесплатно.

Безусловно, коллективизация была необходима для индустриализации, и оба этих процесса имели издержки, которые не следует преувеличивать и недооценивать, но рассматривать в контексте эпохи и ее важнейших событий - войн, международной обстановки, политэкономических факторов развития. В итоге Белоруссия превращалась из аграрного закоулка империи в аграрно-индустриальную республику, с современным промышленным производством, мощным сельскохозяйственным сектором, развитой социальной инфраструктурой, национальными центрами науки и культуры.

Историографы 1930-х - очевидцы описываемых процессов - приводят следующие свидетельства «развития» Западной Белоруссии: «Об упадке сельского хозяйства и бедности крестьян Западной Украины и Западной Белоруссии свидетельствует уже тот факт, что даже до экономического кризиса 1929 г. потребление сахара здесь было в 3 раза меньше, керосина - в полтора раза меньше и железа - почти в 10 раз меньше, чем в Западной Польше. Даже буржуазная польская печать не могла замолчать чудовищной нищеты белорусских и украинских крестьян. Помещичья газета «Слово» в номере от 9/XI 1936 г. сообщала: «И в этом году деревня начала голодать с наступлением первых холодов. В связи с голодом в Виленщине и в Полесье свирепствует голодный тиф».

В монографическом описании деревни Ажевиче, Западной Белоруссии, известный сподвижник Пилсудского - генерал Желиговский вынужден был констатировать: «Потребление деревни находится на чрезвычайно низком уровне. Нищета и голод являются постоянными гостями восточных районов. Хлеб с примесью мякины и древесной коры - вот чем питаются в наших деревнях. Многие крестьяне большую часть года сидят обычно без хлеба. Только в наиболее урожайные годы деревня в Виленском районе имеет достаточно хлеба».

Польская печать сообщала о голоде в западноукраинской и западнобелорусской деревне и в 1937 и 1938 гг. На почве голода физиче­ское истощение крестьян дошло до крайних пределов. В изданном польским государственным «Институтом социальной экономики» сборнике крестьянских писем можно встретить такие сообщения: «Народ до того ослабел, что во время последней косьбы в имении помещика косари падали в обморок. Огромная часть крестьян больна туберкулезом». В особенно жутких условиях находились дети: «Уже в первые месяцы своей жизни, - писала в 1938г. газета «Роботник», - крестьянский ребенок испытывает чувство голода. Усталая от работы и изголодавшаяся мать быстро теряет молоко. Лишь только прорезываются у ребенка первые зубы, картофель начинает служить ему единственной пищей, даже сухой хлеб является роскошью. Вследствие недоедания, ужасающей грязи и кошмарных жилищных условий среди деревенской детворы распространены туберкулез, трахома, скарлатина, дифтерит и тиф».

Такова картина голода и нищеты украинских и белорусских крестьян, изнывавших под пятой польских помещиков и капиталистов. Лейбористский депутат английского парламента Беккет после своей поездки по Западной Украине писал: «Я знаю Индию и вы, конечно, также слышали о чудовищной нищете в индусских деревнях. Но никогда я еще не имел возможности видеть столь ужасающую и подавляющую нищету, как здесь...».

Нельзя сказать, что лишь «восточные окраины» стали жертвой циничного хищничества, авантюризма и самонадеянности польского правительства - все польское государство походило на гнилую тыкву. При гордиевом узле сложнейших проблем во всех сферах пилсудчики устанавливают и пышно празднуют «День колоний», со дня прихода фашистов к власти оправдывают их действия и набиваются в союзники. Так, Польша приветствовала все акты агрессии со стороны Германии, Италии и даже Японии, а после исключения Германии из Лиги Наций вызвалась представлять там ее интересы. Во время разрушаемой на глазах системы коллективной безопасности, польское правительство предлагает «западным демократиям» и Германии одновременно… свой пропахший нафталином прожект «антибольшевистского похода».

Летом 1939 г. руководство Польши прилагает серьезные усилия к срыву советской инициативы - подписания антифашистского пакта между СССР, Англией, Францией и Польшей, перед этим похоронив инициированную Лондоном декларацию о коллективной безопасности. Таким образом, оно к 1939 г. напрочь лишилось адекватного восприятия новой геополитической реальности. 28 апреля 1939 г. Гитлер заявил о расторжении польско-германской декларации о ненападении и дружбе 1934 г., что не помешало польскому правительству дважды отказать на предложение СССР подписать договор о помощи в случае германской агрессии (последний раз - 19 августа 1939 г.). В сложившейся обстановке Советский Союз был вынужден 23 августа 1939 г. подписать «Пакт о ненападении» с Германией, известный ныне как «Пакт Молотова-Риббентропа».

1 сентября 1939 г. Германия напала на Польшу и в течение двух недель наголову разгромила ее отсталую во всех отношениях армию. Польская элита в панике разбегалась: 1 сентября из Варшавы бежал президент, 5 сентября - правительство, 7 сентября - верховный главнокомандущий маршал Рыдз-Смыглы, перебазировавшийся в Брестскую крепость вместе с ПВО и авиацией. С этого времени столица была беззащитна перед люфтваффе, а оставшиеся без координации войска обречены на поражение. Но и оттуда Рыдз-Смыглы вместе со штабными офицерами вскоре бежал в Румынию.

17 сентября заместитель наркома иностранных дел СССР В. Потемкин вручил польскому послу В. Гжибовскому ноту Советского правительства, в которой утверждалось, что польское государство практически перестало существовать:

«…Польско-германская война выявила внутреннюю несостоятельность Польского государства. В течение десяти дней военных операций Польша потеряла все свои промышленные районы и культурные центры. Варшава, как столица Польши, не существует больше. Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что Польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым прекратили свое действие договора, заключенные между СССР и Польшей. Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Поэтому, будучи доселе нейтральным, советское правительство не может более нейтрально относиться к этим фактам.

Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, остались беззащитными.

Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной Армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии.

Одновременно советское правительство намерено принять все меры к тому, чтобы вызволить польский народ из злополучной войны, куда он был ввергнут его неразумными руководителями, и дать ему возможность зажить мирной жизнью...»

К этому времени, что признают также польские историки, правительство и военное командование покинули страну. По всей видимости, даже посол В. Гжибовский не знал, где в данный момент находится его правительство. То есть II Речь Посполитая превратилась в неуправляемую территорию, по которой маршировал вермахт в сторону советской границы.

Кроме мобилизованных в 3,5 миллионную польскую армию, нет оснований говорить о каком-либо участии белорусов и украинцев в защите II Речи Посполитой - например, партизанском движении.

17 сентября советские войска пересекли границу и вступили в охваченные хаосом Западную Белоруссию и Украину, где их встречали с цветами, целуя танки. Позднее выяснится, что вермахт и РККА остановятся согласно карте (подлинность документа дискутируется до сих пор) раздела сфер влияния между III Рейхом и СССР.

В таких условиях встретили народы Западной Белоруссии и Украины судьбоносный день избавления и воссоединения - 17 сентября 1939 г., отмечавшийся в Советском Союзе до создания «Варшавского договора» как праздник.

Сегодня возможно и необходимо восстановить памятную дату 17 сентября в качестве государственного праздника Дня воссоединения белорусского народа в календаре Республики Беларусь и Союзного государства.


Сергей Шиптенко, преподаватель кафедры идеологии и политических наук Академии управления при Президенте Республики Беларусь  
Комментарии:
Оставить комментарий (2)
Представьтесь

Ваш email (не для печати)

Введите число:
Что Вы хотели сказать? (Осталось символов: )
система комментирования CACKLE
Облачный рендеринг. Быстро и удобно
от 50 руб./час AnaRender.io
У вас – деньги. У нас – мощности. Считайте с нами!
Валерий Коровин Геополитика и предчувствие войны Удар по России издательство Питер

Валерий Коровин. Имперский разговор

Александр Дугин. Русская война

Валерий Коровин. Россия на пути к Империи

Валерий Коровин. Накануне Империи

Валерий Коровин. Накануне Империи

Александр Дугин. Новая формула Путина

Валерий Коровин. Конец проекта "Украина"

Александр Дугин. Украина. Моя война

Валерий Коровин третья мировая сетевая война

Информационное агентство Новороссия

А. Дугин. Четвёртый путь

А. Дугин. Ноомахия. Войны ума

Валерий Коровин. Удар по России

Неистовый гуманизм барона Унгерна

А. Дугин. Теория многополярного мира


Свидетельство о регистрации СМИ "Информационно-аналитического портала "ЕВРАЗИЯ.org"
Эл № ФС 77-32518 от 18 июля 2008 года. Свидетельство выдано "Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций".
 


Рейтинг@Mail.ru