19 ноября, понедельник | evrazia.org |  Добавить в закладки |  Сделать стартовой
Интервью | Аналитика | б.Украина | Политика | Регионы | Тексты | Обзор СМИ | Геополитика | Кавказ | Сетевые войны
Абубакаров - воспитанник традиционного для Дагестана и Чечни ислама, последовательно и смело выступал против ваххабизма, изобличая его идеологию, практику Военные столкновения между ваххабитами и последователями суфизма
Российские власти прозевали ваххабизм"
Начавшийся в Чечне процесс шариатизации показал полную неподготовленность граждан и духовенства к этой ситуации - республике практически не было глубоко подготовленных шариатских судей Шариатское правление в Чечне и его последствия
Кавказ не готов к обустройству исламского государства"
Практические деяния ваххабитов, во всяком случае, тех, кто маскировался под ними, сопряжены многочисленными преступлениями против личности Исламский радикализм как фактор общественной угрозы
Ваххабизм был привит Кавказу мондиалистами"
«К сожалению, Сербия находилась многие годы в режиме либеральной глобалистской оккупации и внешнего управления и там, несмотря на присутствие братского, самого близкого нам народа – сербов, - православного народа, который выходит с нами из единых культурн Коровин: Сербы заявляют свою волю
Сербы и постчеловечество"
Нетривиальный взгляд на происходящие в Новороссии события всегда радует. Тем более, если это мнение неравнодушного и буквально вжившегося в ситуацию человека, который по своему духу русского, живя за тридевять земель от русского Донбасса принимает близко Коробов-Латынцев : Новороссия сейчас — самое важное место на Земле
Новороссия - самое важно место на Земле"
Интервьюировал Геннадий Дубовой Абдула: Если мы не поможем русским на Донбассе, то кто потом поможет нам?
Абдула: Афганистан и Донбасс"
Операция ВС Турции в сирийском Африне против курдских вооруженных формирований направлена на ослабление позиций США в Сирии, что в интересах как Москвы, так и Дамаска, заявил РИА Новости председатель турецкой партии "Родина" (Vatan) Догу Перинчек. Он расц Перинчек: Операция в Африне ослабляет позиции США в Сирии
Турция vs США или... ?"
Несмотря на чудовищно подрывную миссию так называемых «национал-демократов», наша русская, евразийская империя свободных народов найдёт место и для них Евразийство vs национал-демократия: кому действительно нужна Великая Россия?
«Нацдемы» не смогут остановить Империю"
Запад - внутри нас во всех смыслах, включая сознание, анализ, систему отношений, значений и ценностей. Нынешняя цивилизация еще не вполне русская, это не русский мир, это то, что еще только может стать русским миром Шестая колонна - главный экзистенциальный враг России
У России есть враг и пострашнее «пятой колонны»"
«Пулемёт Максим» - это словосочетание для человека неискушенного давно стало устойчивым. Ну не РПК же, ПКМ, Печенег и тд или хотя бы ППШ вспоминает обыватель, когда слышит слово «пулемёт»! Только «Максим» - эта ассоциация железобетонная и обжалованию не п «Максим» - человек и пулемет: 130 лет в России
8 марта и пулемёт Максим"
Итак, свершилось очередноё «чёрное дело», совершённое либерально-капиталистическим глобалистским Западом во главе с США, которым уверенная, де-факто имперская, политика России, направленная на  формирование многополярного мира – как «кость в горле»! Ведь Международная Евразийская Спартакиада?
Без нейтральных флагов"
В редакцию портала «Евразия» поступило обращение народного движения «Олга Каракалпакстан» к Президенту Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину. Обращение движения «Алга Каракалпакстан» к Президенту России
Что происходит в Узбекистане?!"
Палестина: современность Палестина: современность
Решение - 50/50"
Победа над спарринг-партнёром вскружила голову мечтателям о господстве над миром и серьёзно притупила бдительность. Они всерьёз решили, что «враг» повержен, и можно более не напрягаться. Была даже популярна мысль о «Конце истории». Как результат – ряд рок Глобальные косяки глобального Запада
Запад и Беларусь"
На прошлой неделе в Министерстве Обороны прошла коллегия, на которой были подведены итоги выполнения майских указов Президента России. Признаться, изменения в армии и на флоте за пять лет произошли впечатляющие. Об этом можно судить даже не по тем цифрам, К вопросу о компетентности
Неразборчивая критика"
Поправки в Федеральный закон от 07.07.2003 года № 126-ФЗ «О связи» в части оказания услуг подвижной радиотелефонной связи вступили в силу с 1 июня 2018 года. Об этом рассказывает Федеральное агентство новостей в статье «Связь по паспорту: с 1 июня анонимн Поправки ФЗ «О связи»: что кому грозит
Конец эпохи анонимных «симок»"
Цифровая платформа, позволяющая мелкому и среднему бизнесу Евразийского Экономического Союза быстро и с минимальными издержками продать свою продукцию за рубеж разрабатывается сегодня специалистами Пермского государственного университета (ПГНИУ). Группа р Цифровая платформа на базе Блокчейн
Многополярная альтернатива VeXA"
Америка на пути к распаду Америка на пути к распаду
СШа трещат по швам"
Сто лет расстрела: уврачевать раскол Сто лет расстрела: уврачевать раскол
Сверхидея: пространство и судьба"
Размышления о том, почему мы и дальше будем наслаждаться привычными кадровыми решениями президента Новое правительство б/у чиновников
Почему мы и дальше будем наслаждаться кадровыми решениями"
Перед грядущими президентскими выборами сторонники Владимира Путина вспоминают самые разные его заслуги. Политическая стабильность, экономический рост, международный авторитет и суверенная внешняя политика, возвращение Крыма и строительство Керченского мо Вертикаль власти – главная стройка Владимира Путина
Главная стройка Путина"
К глубокому сожалению, Греция захвачена глобалистами. В самом начале была надежда на то, что Ципрас и его правительство начнут действовать в интересах греческого большинства. Однако греческий экономический кризис оказался настолько глубок, что не сложными Европейские реалии: Греция захвачена глобалистами
Афины на пороге позора"
«Мы показали, что в мире больше нет одного хозяина, который вправе распоряжаться судьбами народов только по собственному произволу» Признание, окончательно и бесповоротно
Россия спасла от геноцида осетин и абхазов"
Неоевразийство — политическая философия, наследующая классическому евразийству и русской консервативной мысли. Классическое евразийство возникло в среде русской эмиграции, размышлявшей о причинах краха русской культуры и гибели государства. Неоевразийство Неоевразийство как ценностная система
И снова об идеях..."
Разделяй и властвуй принцип управления и поглощения весьма известный еще в дремучем средневековье, и такой подход применяют по отношении к Православной Церкви. Но кто заказчик? Откуда растут ноги украинской «автокефалии»? Откуда растут ноги украинской автокефалии?
При Ватиканском обкоме..."
Поэтесса Ревякина: Новым улицам – имена наших новых героев Поэтесса Ревякина: Новым улицам – имена наших новых героев
Зачем Киеву проспект Макеейна?"
Айо Бенес: Кризис на Украине углубляется Айо Бенес: Кризис на Украине углубляется
За перемогой - перемога"
Россия, Комсомол, Профсоюз, Традиция… и нету других забот! Россия, Комсомол, Профсоюз, Традиция… и нету других забот!
Ради будущего"
Три «В» российской системы воспитания Три «В» российской системы воспитания
Без идеи мы потеряем всё"
Свiдомий по-украински и свядомы по-белорусски означает сознательный. Этими терминами агрессивные этнократические меньшинства в Белоруссии и на Украине обозначают самих себя. В Интернет-блогосфере их окрестили, поэтому свядомитами и свидомитами. Чем белорусские свядомиты отличаются от украинских свидомитов
Западники и национализм"
 АВТОРСКИЕ КОЛОНКИ

Движущие силы политической дезинтеграции на Кавказе
Во многих случаях ситуацию определяет актив национального движения, где движущей силой выступает именно интеллигенция - она способна принудить других людей следовать в соответствии с ее логикой поведения 23 ноября 2012, 09:00
Версия для печати
Добавить в закладки
Различные факторы обуславливают дезинтеграционные процессы, но их действие можно учесть и даже обратить на благо противоположного стремления

На дезинтеграционные процессы, прокатившиеся в конце XX века по Западному Кавказу, существенное влияние оказал распад Советского Союза и коммунистической международной системы, что привело к возрастанию неопределенности в межгосударственных отношениях. Серьезное влияние на дезинтеграционные процессы оказывало и наличие так называемого «эффекта стервятника» - это означает, что в региональном политическом пространстве существуют политические силы, которые заинтересованы, либо которые имеют возможность добиться геостратегического преимущества от вмешательства или манипулирования внутренними этнополитическими конфликтами.

В публикациях подавляющего большинства российских политологов, посвященных Кавказу, как и прежде, превалирует «энергоресурсная» оценка мотивации основных игроков геополитического пространства.

При анализе дезинтеграционных процессов нужно также учитывать следующие факторы: экономические транзитивные сложности; социальные проблемы, приводящие к радикализации общественных настроений; увеличение потока беженцев и мигрантов; угрозу подрыва доверия к международным и наднациональным институтам из-за их неспособности эффективно решить региональные конфликты. На Кавказе все эти факторы были переплетены в сложной системе межгосударственных и межэтнических взаимоотношений. Экономические и социальные проблемы, а также страх перед новыми и «застарелыми» провоцировали миграционный поток в центральные области России, а оттуда - в Восточную и Западную Европу.

В то же время серьезные проблемы, с которыми столкнулись международные организации в своем стремлении эффективно разрешить региональные конфликты, привели к внутреннему и структурному кризису этих институтов. Это - одна из причин, по которой процесс политической интеграции на Кавказе в свое время зашел в тупик.

Более того, можно было наблюдать процесс ренационализации и релокализации отдельных государств и политических режимов, которые стремились пересмотреть свою внешнюю политику и вести ее с позиции исключительно узко понимаемых национальных интересов. Такая политика «просвещенного национального эгоизма» являлась прямым следствием слабости международных институтов, основной целью деятельности которых является достижение политической интеграции. В свою очередь, подозрения и расхождения ближайших интересов усиливали тенденции к ренационализации внешней политики и, соответственно, вызывали стагнацию в общекавказских интеграционных процессах.

Стабилизирующим же фактором были и до сих пор остаются символические и моральные преимущества: правящие элиты государств Закавказья гораздо сильнее привлекает связь с Западом и его институтами, прежде всего, Европейским Союзом, и иногда с НАТО, нежели этнический или гражданский национализм. Это более или менее способствует повышению роли и устойчивости международных и, в особенности, европейских институтов.

Здесь следует, очевидно, обратить внимание еще на одно обстоятельство. С одной стороны, интеллектуальное сообщество России достаточно однозначно в определении роли Кавказа как геополитической константы и как элемента меняющихся геополитических конфигураций. С другой стороны, то же самое сообщество страны единодушно в признании того, что у России сейчас нет «кавказской политики».

В публикациях подавляющего большинства российских политологов, посвященных Кавказу, как и прежде, превалирует «энергоресурсная» оценка мотивации основных игроков геополитического пространства. По сути, ту же мотивацию признают и многие американские аналитики. Правда, оптимизм западных аналитиков и политиков заметно спал после «синдрома 11 сентября».

Такая точка зрения имеет для кавказского региона далеко идущие последствия: после 11 сентября то и дело возникают политические коллизии, носящие характер межцивилизационных. Это дает Западу, в особенности, европейцам, напуганным такими событиями, основания для того, чтобы со своей стороны опустить «железный занавес» перед миграцией с мусульманских стран и регионов, включая и «этнических мусульман» с Северного Кавказа. Данный аспект кавказской проблемы ставит под вопрос перспективы интеграции Кавказа в «цивилизованный мир», о которой Запад неустанно заявляет. В конечном счете, этот аспект ставит под сомнение существование реального желания Запада к такой интеграции.

В этой связи и следует, видимо, рассматривать уже устоявшуюся точку зрения о том, что нынешние процессы в районе Кавказа и бассейна Каспийского моря означают их включение в происходящую в мире геополитическую перегруппировку сил. В результате такой перегруппировки осуществляется переход от биполярного к многополярному, а на рубеже XX-XXI веков - практически к однополярному миру, в качестве единственного глобального центра силы которого стремятся утвердиться США. Такие процессы обусловливают определение интересов России и упомянутого «глобального центра силы» на Кавказе.

С распадом Советского Союза геополитическое значение Грузии и Азербайджана резко возросло. Два небольших закавказских государства между Черным и Каспийским морями стали представлять собой самый короткий и климатически благоприятный транспортный (главным образом, трубопроводный) коридор «Центральная Азия - Европа» и превратились в своеобразные опорные точки мировой геополитики. Отныне, кто будет контролировать территорию Грузии и Азербайджана, тот и получит доступ к еще практически неосвоенным природным богатствам бассейна Каспийского моря и Средней Азии. Таким образом, обе республики стремительно приобрели географический статус, сравнимый с Гибралтаром, Суэцким каналом или Сингапуром.

Политической дезинтеграции между государствами в рассматриваемом регионе в то время способствовало и введение визового режима между Россией и Грузией. Обстоятельства введения визового режима, в общем-то, хорошо известны. Москва вела вторую «чеченскую кампанию», в ходе которой группировки ичкерийских сепаратистов были (как и первую войну) оттеснены в высокогорную часть Чечни, граничащую с Грузией. В этих условиях у российского командования возник замысел нанести удар по противнику с тыла, т. е. с грузинской стороны. Предполагалось, что боевики, оказавшись между «молотом» (наступающая с предгорий основная часть федеральных войск) и «наковальней» (вторгшаяся в тыл высокогорная группировка) будут деморализованы, частью уничтожены, а частью рассеяны.

Главной проблемой стало добиться согласия Тбилиси. Грузинские власти, уже потерявшие территории Абхазии и Южной Осетии (тогда еще не «окончательно»), имевшие политическую напряженность в Аджарии, посчитали самоубийственным ввязаться в войну с чеченцами. В таких условиях «наше согласие, - отмечал тогдашний президент Грузии Эдуард Шеварднадзе, - означало бы превращение конфликта в Чечне в общекавказскую войну… Теперь зададимся вопросом: если бы в Грузии началась еще одна война, а этот шанс, повторяю, был весьма реален, какие дивиденды извлекла бы Россия из переброски ее вооруженных частей с военной базы в Грузии? Я понимаю, что Москве такая акция позволила бы усилить силовые возможности в ходе контртеррористической операции, но проблема контроля над ситуацией в регионе выросла бы до совершенно непредсказуемых масштабов».

Грузинский лидер не выразил понимания стремления России сохранить свою территориальную целостность за счет угрозы отпадения еще одного региона Грузии. Шеварднадзе припомнил Москве ее роль в разрушении территориальной целостности Грузии и посоветовал, «чтобы те силы в России, которые выступают за сохранение территориальной целостности России, за ее право бороться с сепаратизмом… не отказывали в том же праве другим государствам».

Следует отметить, что на дезинтеграционные процессы на Западном Кавказе влияли не только внешнеполитические факторы, но и внутренние социальные движущие силы. В частности, на протяжении 1990-х годов дезинтеграции региона способствовала национальная интеллигенция. Вообще, у истоков практически всех современных национальных движений на постсоветском пространстве стояла культурная часть (интеллигенция) этнических элит. Не случайно в числе лидеров «первой волны» признанных и непризнанных государств такое обилие представителей интеллигенции - литераторы Звиад Гамсахурдиа (Грузия) и Зелимхан Яндарбиев (Чечня), филологи Абульфаз Эльчибей (Азербайджан) и Левон Тер-Петросян (Армения), доктора наук историк Владислав Ардзинба (Абхазия) и физик Аскар Акаев (Киргизия), композитор Витаутас Ландсбергис (Литва) и др.

Одной из причин того, что именно интеллигенция оказывается в авангарде национальных движений (и, соответственно, у истоков начала процессов интеграции или дезинтеграции) выступает ее пассионарность, готовность к самопожертвованию. При этом интеллигенция во имя «великой национальной идеи» готова пожертвовать не только собой, но и значительной частью собственного народа - достаточно привести на этот счет заявления Адольфа Гитлера (бывшего художника) и Владимира Ленина (анкеты заполнял как «литератор»). Все дело в том, что во многих случаях ситуацию определяет актив национального движения, где движущей силой выступает именно интеллигенция. Последняя способна принудить других людей следовать в соответствии с ее логикой поведения.

Прослойка национальной интеллигенции, единоличный хозяин на поле историографических и картографических войн, выступает детонатором межэтнических конфронтаций. Чуть ли не первые вооруженные столкновения между абхазами и грузинами начались почти сразу после дискуссии в газетах между Ардзинбой и Гамсахурдиа о том, на каком языке были сделаны каменные надписи местных памятников древности.

Однако та же интеллигенция, играющая важнейшую роль в дезинтеграции, способна инициировать и активно проводить и интеграционные процессы на основе, например, идей этнического родства.

Роль национального бизнес-класса более сложная. Можно, в общем, согласиться, что предпринимательство войну не любит и что капитализм - это не война, а торговля, поскольку капиталистическая культура изобрела другие методы конкуренции, захватов и подчинения. Но в условиях межэтнических коллизий в рассматриваемом регионе бизнес-класс, как правило, играл подчиненную в отношении национальных движений роль. Что же касается роли национальной бюрократии, то эта социальная прослойка - в принципе инструмент для поддержания мира, ибо истово любит статус-кво.

Из поля внимания многих политологов, специализирующихся по рассматриваемому региону, зачастую уходит такой важный процесс как очевидная политизация северокавказского духовенства (здесь речь идет, прежде всего, о мусульманском духовенстве). Более того, речь идет о превращении его в прослойку политической элиты. Объективно это вызвано несколькими факторами. С одной стороны, причины в политизации религиозной жизни мусульманского населения Северного Кавказа с 1980-1990-х годов. Соответственно политизировалось и мусульманское духовенство.

С другой стороны, превращению официального духовенства в компонент политического класса «мусульманских» регионов РФ способствовала и государственная идеология и политика начала XXI века. Она связана с началом в РФ официально объявленного курса на борьбу с религиозным экстремизмом. Очевидно, что уже это обстоятельство превращает противодействие религиозному экстремизму в борьбу политическую. Речь здесь, по сути, идет - пусть и косвенно - об обосновании политической роли духовенства.

Становясь компонентом политического класса, духовенство естественным образом становится объектом и субъектом борьбы за политическое влияние. В общих чертах можно выделить две плоскости политической конкуренции, в которых протекает эта борьба - внешняя и внутренняя. К внешней относится конкуренция между духовенством и «силовыми» структурами государства, а ко второй - между группировками внутри самого духовенства (между «официальным» и неформальным духовенствами, между структурами «официального» духовенства и т. д.).

Стремление к идентичности через государственность может иметь большое «мотивационное напряжение» потому, что государственность осознается как главный показатель, что и твой народ принадлежит к кругу «избранных» народов.

Следует отметить, что наибольшее (пусть и подспудное) противодействие политизации духовенства и, в конечном счете, вхождению официального религиозного истеблишмента в правящую прослойку северокавказских регионов, оказывают силовые структуры. Именно этим объясняется то, что, признавая в общих чертах политические аспекты «ваххабизма» как идейного течения, например, руководители органов внутренних дел КЧР, по сути, отрицали в свое время религиозно-идеологическую политическую мотивацию практической деятельности местных приверженцев этого течения. Руководители МВД указывали на социальные (бедность, нищета, безработица) и криминальные истоки экстремизма, т. е. именно на те факторы, к которым, с одной стороны, духовенство не имеет прямого отношения, а с другой - прямое отношение имеет государство. Самым очевидным образом речь идет о приоритете государственных, а не религиозных структур, пусть и «официальных».

Эта политическая установка имела под собой серьезную мотивацию, которая определялась очевидным «фактором конкуренции». Во-первых, силовая прослойка сама по себе составляет безусловный сегмент политического класса регионов, и потому объективно не в ее интересах увеличение доступа к «пирогу» власти у других групп.

Во-вторых, в стремлении проявить себя в верности официальному курсу федерального Центра по борьбе с религиозным экстремизмом и начальствующая прослойка «силовиков», и «официальное» духовенство выступали конкурентами. Ведь они, по сути, действовали на одном и том же политическом пространстве, и объект у них был один и тот же - паства. Рвение в обретении благосклонности Центра обусловливалось, в свою очередь, тем, что государственная «благосклонность» подразумевает реальное вознаграждение в виде увеличения правовых и материальных ресурсов, повышения статусных и карьерных позиций.

Соглашаясь с тем, что в основе сепаратистских устремлений ряда субъектов Российской Федерации лежала экономическая дезинтеграция, социальное расслоение общества, размытость духовных ценностей, мы склонны полагать, что применительно к рассматриваемому региону не меньшую роль ментальный фактор. Разрыв между амбициями, присущими великой державе, и реальным весом России на международной арене порождали сложный и болезненный комплекс. Он обострял подозрительность по отношению к внешнему миру, усиливал стремление объяснить внешнеполитические провалы интригами враждебных сил.

Логично полагать, что если уж ментальные структуры (комплексы, синдромы) играли важную роль на государственном уровне, то не меньшее значение они имели в мотивации деятельности на уровне кавказских регионов, где была и до сих пор остается сильной инерция традиционализма. Поэтому события и процессы на Кавказе невозможно проанализировать и понять без учета роли чисто психологических моментов, этнического сознания местных народов. Недооценка этого фактора ущербна по определению, поскольку кавказский менталитет не только накладывает свой след на формы и способы политической жизнедеятельности, но и зачастую порождает и определяет их, обусловливает направленность деятельности народов и региональных элит.

Здесь мы ограничимся теми структурными позициями общественного сознания, которые во многом определяют курс этнических масс Западного Кавказа и их элит на национальное самоопределение. На процессы политической интеграции и дезинтеграции воздействовал целый ряд факторов ментального характера, важнейшие из которых связаны с устремлениями к идентичности тех или иных народов. Последняя выступает в нескольких аспектах:

пространственно-временном, по линии «крови и почвы», где идентичность по «крови» определена через принадлежность к исторически определенному кругу родственных народов, а идентичность по «почве» - через принадлежность к определенной территории;

политическом (национальная государственность);

религиозном (принадлежность к конфессии).

Главным агентом идентичности по «крови» с ХХ века в регионе выступает язык. Именно осознание языкового (т. е. кровного) родства в современной политической жизни народов региона становится идейной основной, с одной стороны, этнополитических союзов, а с другой - этнополитического размежевания.

В идеологии и политической практике нацдвижений рассматриваемого региона языковой фактор продолжает играть все возрастающую роль. Фактически, он стал важнейшим элементом выражения идентичности этносов. В нынешних историографических войнах на Северном Кавказе языковой вопрос играл и играет решающую роль в борьбе за «наследство» знаменитых народов древности.

Здесь уместно напомнить курьез по поводу известной среди кавказоведов-медивистов Зеленчукской плиты: один и тот же текст на ней разные специалисты «читают» на четырех (!) языках (абсолютно друг на друга не похожих) - адыгском, вайнахском, карачаево-балкарском и осетинском. Мотивы этих споров довольно ясны: с одной стороны, следует доказать высокий статус своего этноса в культурной иерархии нардов («мои предки имели собственной письменность, до которой другие не доросли!»), а с другой - доказать, что этот памятник (как и все прочие на данной территории) принадлежит именно моим предкам.

В идеологии национальных движений большую роль играет вопрос об автохтонности. Научные споры, в особенности те, которые имеют идеологический импульс, неизбежно затрагивают этническую принадлежность народов, живших здесь тысячу и более лет назад (в особенности, это касается тех народов, которые однозначно не идентифицированы по языку - например, носителей большинства археологических культур бронзового и раннежелезного веков). Цели этих научно-политических изысканий весьма прозрачны: надо непременно доказать высокий статус своего этноса в своеобразной иерархии автохтонности («памятник наш, значит мы здесь - самые коренные!»). Такие «научные основания» ложатся в фундамент не только политических притязаний на те или иные земли, но и в базу идентичности этноса.

Этнические общности (не обязательно все) часто достигают стадии, когда главной формой выражения национальной идентичности начинает осознаваться государственность. Она же осознается единственной формой сохранения наций от угроз - и внешних (например, ассимиляция), и внутренних (деградация самобытной культуры, языка и т. д.). Лишь после того, как «мотивационное напряжение» спадет, этнос неизбежно включится в процессы глобализации.

Пока целью выступает государственность, и она еще не достигнута, никакие гарантии обычных гражданских прав и самоуправления», никакие экономические мотивы не будут превалировать: когда населением овладела идея национальной независимости, экономика уже не влияет. Экономические соображения мифологизируются, возникают легенды. Именно приматом идеи государственности объясняется сохранение высокого уровня сепаратистских настроений даже в наиболее экономически благополучных странах мира (баскского - в Испании, корсиканского - во Франции, квебекского - в Канаде).

Этнические элиты Кавказа очень дорожат и формами автономной государственности, унаследованной с советских времен. Но и стремление к независимой государственности представителей северокавказских народов высказывались не только в Чечне.

Стремление к идентичности через государственность может иметь большое «мотивационное напряжение» потому, что государственность на определенной стадии осознается как главный показатель, что и твой народ принадлежит к кругу «избранных» народов, доросших до создания своего государства. Иначе говоря, действует все тот же железный принцип иерархичного мировосприятия («синдром иерархичности»).

Конечно, изложенным вовсе не исчерпываются факторы и движущие силы политической дезинтеграции в рассматриваемом регионе. Мы исходим из того, что обозначенные тенденции, с одной стороны, реально помогут исследователю выявить специфику дезинтеграционных процессов в региональном пространстве, а с другой - учесть эти моменты в политологическом прогнозировании и выработке рекомендаций.


Ахмат Эбзеев  
Комментарии:
С. Ключников (23 ноября 2012, 10:48)
Весьма доходчивое изложение, а простота, как известно - признак истенности...
Оставить комментарий (1)
Представьтесь

Ваш email (не для печати)

Введите число:
Что Вы хотели сказать? (Осталось символов: )
система комментирования CACKLE
Валерий Коровин Геополитика и предчувствие войны Удар по России издательство Питер

Валерий Коровин. Имперский разговор

Александр Дугин. Русская война

Валерий Коровин. Россия на пути к Империи

Валерий Коровин. Накануне Империи

Валерий Коровин. Накануне Империи

Александр Дугин. Новая формула Путина

Валерий Коровин. Конец проекта "Украина"

Александр Дугин. Украина. Моя война

Валерий Коровин третья мировая сетевая война

Информационное агентство Новороссия

А. Дугин. Четвёртый путь

А. Дугин. Ноомахия. Войны ума

Валерий Коровин. Удар по России

Неистовый гуманизм барона Унгерна

А. Дугин. Теория многополярного мира


Свидетельство о регистрации СМИ "Информационно-аналитического портала "ЕВРАЗИЯ.org"
Эл № ФС 77-32518 от 18 июля 2008 года. Свидетельство выдано "Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций".
 


Рейтинг@Mail.ru