8 декабря, воскресенье | б.Украина | Аналитика | Политика | Интервью | Регионы | Тексты | Обзор СМИ | Геополитика | Кавказ | Сетевые войны
Абубакаров - воспитанник традиционного для Дагестана и Чечни ислама, последовательно и смело выступал против ваххабизма, изобличая его идеологию, практику Военные столкновения между ваххабитами и последователями суфизма
Российские власти прозевали ваххабизм

Начавшийся в Чечне процесс шариатизации показал полную неподготовленность граждан и духовенства к этой ситуации - республике практически не было глубоко подготовленных шариатских судей Шариатское правление в Чечне и его последствия
Кавказ не готов к обустройству исламского государства

Практические деяния ваххабитов, во всяком случае, тех, кто маскировался под ними, сопряжены многочисленными преступлениями против личности Исламский радикализм как фактор общественной угрозы
Ваххабизм был привит Кавказу мондиалистами

Операция ВС Турции в сирийском Африне против курдских вооруженных формирований направлена на ослабление позиций США в Сирии, что в интересах как Москвы, так и Дамаска, заявил РИА Новости председатель турецкой партии "Родина" (Vatan) Догу Перинчек. Он расц Перинчек: Операция в Африне ослабляет позиции США в Сирии
Турция vs США или... ?

Несмотря на чудовищно подрывную миссию так называемых «национал-демократов», наша русская, евразийская империя свободных народов найдёт место и для них Евразийство vs национал-демократия: кому действительно нужна Великая Россия?
«Нацдемы» не смогут остановить Империю

Запад - внутри нас во всех смыслах, включая сознание, анализ, систему отношений, значений и ценностей. Нынешняя цивилизация еще не вполне русская, это не русский мир, это то, что еще только может стать русским миром Шестая колонна - главный экзистенциальный враг России
У России есть враг и пострашнее «пятой колонны»

Поправки в Федеральный закон от 07.07.2003 года № 126-ФЗ «О связи» в части оказания услуг подвижной радиотелефонной связи вступили в силу с 1 июня 2018 года. Об этом рассказывает Федеральное агентство новостей в статье «Связь по паспорту: с 1 июня анонимн Поправки ФЗ «О связи»: что кому грозит
Конец эпохи анонимных «симок»

Цифровая платформа, позволяющая мелкому и среднему бизнесу Евразийского Экономического Союза быстро и с минимальными издержками продать свою продукцию за рубеж разрабатывается сегодня специалистами Пермского государственного университета (ПГНИУ). Группа р Цифровая платформа на базе Блокчейн
Многополярная альтернатива VeXA

Америка на пути к распаду Америка на пути к распаду
СШа трещат по швам

Сто лет расстрела: уврачевать раскол Сто лет расстрела: уврачевать раскол
Сверхидея: пространство и судьба

Размышления о том, почему мы и дальше будем наслаждаться привычными кадровыми решениями президента Новое правительство б/у чиновников
Почему мы и дальше будем наслаждаться кадровыми решениями

Перед грядущими президентскими выборами сторонники Владимира Путина вспоминают самые разные его заслуги. Политическая стабильность, экономический рост, международный авторитет и суверенная внешняя политика, возвращение Крыма и строительство Керченского мо Вертикаль власти – главная стройка Владимира Путина
Главная стройка Путина

К глубокому сожалению, Греция захвачена глобалистами. В самом начале была надежда на то, что Ципрас и его правительство начнут действовать в интересах греческого большинства. Однако греческий экономический кризис оказался настолько глубок, что не сложными Европейские реалии: Греция захвачена глобалистами
Афины на пороге позора

«Мы показали, что в мире больше нет одного хозяина, который вправе распоряжаться судьбами народов только по собственному произволу» Признание, окончательно и бесповоротно
Россия спасла от геноцида осетин и абхазов

Неоевразийство — политическая философия, наследующая классическому евразийству и русской консервативной мысли. Классическое евразийство возникло в среде русской эмиграции, размышлявшей о причинах краха русской культуры и гибели государства. Неоевразийство Неоевразийство как ценностная система
И снова об идеях...

Евразийский меридиан должен быть не столько границей между Европой и Азией, сколько границей между Западом и Востоком, между западными и восточными культурами и цивилизациями Время Евразийского меридиана
Россия в праве ввести очень перспективный бренд

Мифы, мечта и постмодерн Мифы, мечта и постмодерн
Архетипы и Голливуд

«Пулемёт Максим» - это словосочетание для человека неискушенного давно стало устойчивым. Ну не РПК же, ПКМ, Печенег и тд или хотя бы ППШ вспоминает обыватель, когда слышит слово «пулемёт»! Только «Максим» - эта ассоциация железобетонная и обжалованию не п «Максим» - человек и пулемет: 130 лет в России
8 марта и пулемёт Максим

Если Франция не хочет хранить свою традицию, она получит чужую, выстроенную на обломках христианской цивилизации Пожар умирающей Европы
По ком струится чёрный дым?

Россия, Комсомол, Профсоюз, Традиция… и нету других забот! Россия, Комсомол, Профсоюз, Традиция… и нету других забот!
Ради будущего

Три «В» российской системы воспитания Три «В» российской системы воспитания
Без идеи мы потеряем всё

...Прежде всего в себе нужно разбудить Мефистофеля, язычество, стихии - огонь, землю, воду, ветер... Бред здорового воображения
Интервью с Ником Рок-н-Роллом (Николаем

Грузия с Россией: новая молодежная сила готовится менять вектор Тбилиси Грузия с Россией: новая молодежная сила готовится менять вектор Тбилиси
Куда повернет Грузия?

«К сожалению, Сербия находилась многие годы в режиме либеральной глобалистской оккупации и внешнего управления и там, несмотря на присутствие братского, самого близкого нам народа – сербов, - православного народа, который выходит с нами из единых культурн Коровин: Сербы заявляют свою волю
Сербы и постчеловечество

На арене Беня На арене Беня
Встречайте нового президента бывшей Украины!

Как украинский криминал сращивается с властью, влияет на политику и управляет государством Украина криминальная: кровавый экспорт за пределы и схватка за власть
Украниский криминал во власти

Разделяй и властвуй принцип управления и поглощения весьма известный еще в дремучем средневековье, и такой подход применяют по отношении к Православной Церкви. Но кто заказчик? Откуда растут ноги украинской «автокефалии»? Откуда растут ноги украинской автокефалии?
При Ватиканском обкоме...

Новый путь России Новый путь России
Исторические возможности за пределами Путина

Палестина: современность Палестина: современность
Решение - 50/50

Победа над спарринг-партнёром вскружила голову мечтателям о господстве над миром и серьёзно притупила бдительность. Они всерьёз решили, что «враг» повержен, и можно более не напрягаться. Была даже популярна мысль о «Конце истории». Как результат – ряд рок Глобальные косяки глобального Запада
Запад и Беларусь

 АВТОРСКИЕ КОЛОНКИ

Группа «Телос» и шмиттеанство в США: идеи Шмитта как орудие социальной критики


В условиях господства либеральных ценностей разнообразие этносов насильственно гомогенизируется, что приводит к рождению «мультикультурного зоопарка», где различные культуры могут свободно ходить только в пределах одной клетки 4 мая 2011, 09:00
Версия для печати
Добавить в закладки
Тождественность современного «либерального и демократического» государства тоталитарному режиму выводится из критики Карлом Шмиттом объединения гражданского общества и государства

Восприятие Карла Шмитта в США, размышления американских мыслителей над идеями и самими категориями, выдвинутыми Шмиттом, не очень хорошо знакомы русским читателям. В то же время США как центр современности, средоточие всех тех тенденций, что проявляются в глобализующемся мире, не могут оставлять нас равнодушными. Если мы не изучаем Америку и современность, это не значит, что Америка и современность не занимаются нами. Опыт изучения наследия Шмитта и развития его концептов применительно к глобальной современности в ее наиболее ярком выражении – в США – мог бы быть полезен, будучи соответствующим образом проинтерпретирован и в России, в опыте присвоения Карла Шмитта русской действительности.

Эволюция либерализма привела к его перерождению в менеджерский либерализм, где базовые либеральные свободы, типа свободы собраний, повсеместно нарушаются, а сам режим становится все больше похож на тоталитарный.

Наиболее интересным с нашей точки зрения направлением в американском шмиттеанстве и шмиттоведении является сложившаяся вокруг «нового левого» журнала «Телос» группа интеллектуалов, в начале 80-х ставших пионерами в широком изучении наследия Карла Шмитта в Соединенных Штатах. Наиболее известные величины, маркирующие три интеллектуальных потока, что слились в этом течении – это редактор и основатель журнала «Телос», американский «новый левый» Пол Пиконе и его соратник, исследователь творчества Шмитта Гарри Ульмен, политолог и социолог еврейского происхождения из Республиканской партии Пол Готтфрид и бывший дипломат, американский ученый хорватского происхождения, одна из заметных фигур в среде европейских новых правых Томислав Сунич.

Парадоксально, но, несмотря на выдвигаемые в адрес неоконов со стороны их оппонентов обвинения в «фашизме», которые подкрепляются доказательствами связи учителя неоконсерваторов Лео Штросса с Карлом Шмиттом, непродолжительное время безуспешно пытавшимся повлиять на политико-правовую доктрину Рейха, сами неоконсерваторы не проявляли никакого особого интереса к творчеству самого Шмитта. Если к наследию другого мыслителя, повлиявшего на Штросса, Александра Кожева, неоконы, в частности, Алан Блюм и его ученик Френсис Фукуяма обращались непосредственно, то о Шмитте такого сказать нельзя.

Пиконе и Ульмен отмечают не просто незаинтересованность американских околовластных интеллектуалов в Шмитте как в таковом, но их желание всячески замолчать Шмитта, говорить о нем либо в контексте Штросса, или искусственно его привязывать к «нацизму», либо не говорить вообще. Возможно, некие концепты посредством Штросса и проникли в среду неоконов, но в самом Шмитте есть что-то такое, что останавливает строителей «Нового мирового порядка».

Рассмотрим подробнее идеи Шмитта и базирующиеся на них собственные концепты американских авторов, чтобы определить эти подрывные для «современного мира» вещи. Шмиттеанское осмысление легальности и легитимности, греческого понятия номоса не как отвлеченного закона, но как территориального порядка, когда он подразумевает, что правовой порядок должен базироваться на чем-то ином, нежели просто правила и законы, его теория конкретных порядков, как прелегального, предзаконного аксиологического измерения, без которого невозможна никакая кодификация, но который всегда больше чем любой кодекс связанных норм, потому что включает в себя все исключения, осмысляется Пиконе и Ульменом в контексте общего для многих мыслителей того времени рассмотрения расхождения между преконцептуальным измерением и категориальными объективациями. Это дистанция между бытием и мышлением, где первое всегда превосходит последнее.

Обращаясь к Адорно и Хоркхаймеру, к «Диалектике Просвещения», Пиккони и Ульмен настаивают, что именно элиминация зазора между бытием и мышлением в идеологии Просвещения ведет к возникновению необоснованной ничем кроме самой себя рациональности, которая может обратиться в безумный рационализм, характерный для нацистской идеологии. «Единственная возможность избежать подобного – дать опору рационализму в прерациональном и преконцептуальном измерении, для Адорно – это мимезис, для Гуссерля – жизненный мир, для Хайдеггера – возвращение к Бытию, для Шмитта – конкретные порядки».

Так же осмысляется и шмиттовская критика технологии. Вслед за другим исследователем Шмитта Джоном Маккормиком авторы отмечают критическое отношение Шмитта к технике и технологии, дух которой он в «Римском католицизме и политической форме» сравнивал с «Антихристом». Согласно Пиккони и Ульмену, эта критика техники есть критика «забвения Бытия», критика неспособности мыслить вне заранее созданных структур, которые в своей оторванности, заметим, уже являются инструментами подавления. Техника есть сущность знания просвещения, знания-власти по Бэкону, и Адорно пишет, что «Просвещение относится к вещам точно так же, как диктатор к людям».

Критика отчуждения и критика легального позитивизма и верховенства закона вполне применима к критике современных «демократических режимов», которые другой шмиттеанец Пол Готтфрид называет управляемыми демократиями или управляемым менеджерским государством (managerial state). Отсюда Пиккони и Ульмен выводят свою критику концепции «верховенства закона», которая, будучи в основе шмиттеанской, приобретает метаисторическое и даже бытийное измерение, будучи рассматриваемой в таком контексте, где вместе сводятся Шмитт, Адорно, Гуссерль и Хайдеггер.

Джон Маккормик отмечает, что критика техники и технологии у Шмитта соединяется с критикой интеллектуального класса, который ведет Запад от теологии к технологии. Эти «священники», по терминологии Шмитта, движутся в направлении полной технизации и деполитизации, абсолютной аполитичной нейтральности, так как нет ничего нейтральнее, чем техника.

Но технологизация таит в себе два неожиданных следствия. Первое – массы, которые никогда не могут быть полностью секуляризованными, в отличие от элит, не воспримут технику нейтрально, таким образом, под маской технологии может возникнуть новая теология – теология техники. Второе – в технологизированном мире нет места интеллектуальной элите, так как господствующая уже технология не нуждается в тех, кто бы ее продвигал.

Значит, господство технологии ведет к элиминации интеллектуалов. Лишенность технологии смысла – это лишенность любых ограничений перед тем, кто ее использует, и господство «нового варварства» лощеных менеджеров. Современное общество может быть рассмотрено в обеих перспективах.

Готтфрид как правый консерватор не очень доброжелательно относится к марксистам, но в общих чертах, опираясь на концепты Шмитта, приходит к тем же самым выводам, что и Пиккони с Ульменом. Своем труде «Массовая демократия и управляемое государство» Готтфрид заключает, что эволюция либерализма привела к его перерождению в управляющий, менеджерский либерализм, где базовые либеральные свободы, типа свободы собраний, повсеместно нарушаются, а сам режим становится все больше похож на тоталитарный.

Постепенно, отмечает Готтфрид, менеджерское государство перерастает в «терапевтическое». В книге «Мультикультурализм и политика вины: в направлении секулярной теократии» Готфрид подробно показывает, как такое терапевтическое государство стремится установить полный контроль за мыслью и речью демократических граждан, как посредством собственных институтов и институтов гражданского общества насаждается понятие вины и виновности по отношению к якобы «обиженным» меньшинствам.

Чем легальнее, чем юридически обоснованнее, тем более бессмысленной и тиранической становится система, достигая пика в состоянии терапевтического государства, где менеджеры ликвидируют любое неподчинение абсурдным нормам.

Развивая идею Шмитта о государстве как продолжении теологии, Готтфрид отмечает, что терапевтическое государство не могло бы возникнуть без соответствующих изменений в либеральном протестантизме, произошедших в середине XX века. Либеральное христианство как религия, чувствительная только к страданиям предполагаемых жертв, начинает продвигать «политику вины». Более того, привнесение американского либерально-протестантского концепта мультикультурализма на европейскую почву приводит к химерическим последствиям, когда европейцы с авторитарным рвением стремятся насадить у себя эту политику вины.

Мультикультурализм здесь играет особую роль. Как отмечает Сунич в работе «Глобальная деревня и права народов», в условиях господства аполитичных либеральных ценностей разнообразие этносов насильственно гомогенизируется, что приводит к рождению «мультикультурного зоопарка», где различные культуры могут свободно ходить только в пределах одной клетки под наблюдением либеральных надсмотрщиков, интеллектуалов и их бюрократических подручных, управленческое господство которых внедряется как нейтральное и, таким образом, не проблематичное». Такой образ являет собой полную противоположность и зеркальное отражение шмиттовской концепции coplexito oppositorium как единства противоположностей, в котором ни одна из них не подавляется, единства, олицетворением которого для Шмитта была Римско-Католическая церковь (этот термин разбирается именно в «Римском католицизме и политической форме»).

Выход Сунич пытается найти в обращении к шмиттовской же концепции прав народов. Уже сама возможность осмыслить окружающий нас мир в шмиттеанских категориях показывает альтернативу текущему положению вещей, тому, где видимость разнообразия является непременной основой прочного господства надсмотрщиков, пытающихся легитимизировать свое господство, в том числе и навязыванием якобы универсальных аксиологических систем.

Откуда же взялось «терапевтическое государство»? Как ни странно, на этот вопрос также можно ответить, если обратиться к Шмитту, что и делают Готтфрид, Пиккони и Ульмен, обращаясь к критике Шмиттом либерализма. За что Шмит критиковал либерализм? Как это ни странно - за слабость, как отмечает Готтфрид, вслед за Доносо Кортесом, назвавший либералов la classa discutidora, Шмитт также считал либералов силой, которая стремится избежать принципиальных решений, ищет везде компромисс и таким образом ослабляет государство. Это же повторяет и Лео Штраусс, когда говорит о том, что критика Шмиттом либерализма – это критика внутренняя, он по Штрауссу не предлагает ничего нового, как фашисты или коммунисты, а только останавливается на недостатках либерализма. Для Штраусса Шмит – это не критик либерализма как такового, но критик его неудачи, его слабости.

Еще один грех либерализма – это деполитизация западного общества. Либералы – это уже упомянутые нами священники модерна, которые движутся от теологии к технологии и движут вместе с собой все общество. Шмитт писал, что «плюралистическое государство, управляемое партиями, становится тотальным не из за своей эффективности, а из-за своей слабости. Оно вмешивается в каждый аспект жизни, потому что каждый ждет, что оно удовлетворит нужды всех страждущих».

Именно слабость либерального режима приводит к тому, что изначально он сменяется режимами тоталитарными, а потом режимом менеджерского государства. В последнем случае перерождение происходит в самом либерализме именно в том направлении технологизации, о котором писал Шмит. Джеймс Бернхем назвал это менеджерской революцией, приходом к власти нового класса администраторов под эгалитарными лозунгами, проходящем на Западе в форме построения государства «всеобщего благоденствия».

Это первая ступень к нынешнему терапевтическому государству, так как именно в нем происходит снятие разделения на собственно государство и гражданское общество, деполитизация, всеобщей становится управленческая легальность. Следующий этап – собственно терапевтический контроль, когда уже можно заняться мыслями людей, а не их кошельком. В таком государстве достигает пика отмеченное Шмиттом разделение легальности и легитимности и характерный для либералов упор на легальность и верховенство закона. Но легальность как область одних только правовых норм в отрыве от легитимности становится кодом поведения бюрократии, основанном на предписывающих предписаниях (Setzung von Setzungen).

Гари Ульмен подчеркивает что образующаяся гиперформальность законов, замыкающихся на самих себя, отмечена их бессмысленностью. Чем легальнее, чем юридически обоснованнее, тем более бессмысленной и тиранической становится система, достигая пика в состоянии терапевтического государства, где управляющие, менеджеры ликвидируют любое неподчинение бессмысленным и абсурдным нормам и навязываемым ценностям, которые призваны легитимизировать тем самым и господство тех, кто их навязывает. Так отказ от легитимности оборачивается новым стремлением к легитимизации господства, новой теологии, которую Шмитт, однако, рассматривал критически. Она не выходит в сферу преконцептуального, а значит, являет собой угрозу схожей с фашистской, угрозу безумной рациональности.

Готтфрид отмечал, что Шмитт предвидел подобную диктатуру бессмысленных норм, предписывающих предписаний, диктатуру голых, повисших в пустоте ценностей, обращая наше внимание на работу Шмитта 1951 года «Тирания ценностей». «Ремарки Шмитта по поводу либерализма и демократии помогают прояснить современный парадокс: насаждение частных ценностей (под видом универсальных) с помощью силы или устыжения».

Наиболее яркое воплощение тирания ценностей находит в Соединенных Штатах и именно у неоконов, которым на этом основании Готтфрид отказывает в консерватизме, отмечая, что они ближе к Канту и его этической доктрине, который, как отмечал Шмитт, не по простому совпадению благоволил также всемирной федерации государств, нежели традиционным консервативным представлениям.

В контексте данной социальной критики, как пишут Пиконе и Ульмен, «плебисцитарная демократия, к которой, кажется, склонялся Шмитт, и которая затем была много раз использована коммунистическими и фашистскими режимами», оказывается не менее «демократичной», чем современная представительная демократия, манипулируемая лобби и частными интересами. Рассматриваемое направление американской политологической и социологической мысли подтверждает мысль о том, что наследие Шмитта имеет ярко выраженный антитоталитарный характер.

Пиконе и Ульман отмечают, что даже критики Шмитта вынуждены признавать, что в своей защите традиционного государства, критике объединения гражданского общества и государства, в защите автономии государства Карл Шмитт был кем угодно, только не сторонником тоталитаризма. Наоборот, современное западное «либеральное и демократическое» государство не автономно от общества так же, как и тоталитарное. Точно так же государство - в нем есть не самоценность, на чем настаивал Шмитт, но средство.

Основанные на идеях Шмитта концепты органической демократии Сунича и его же осмысление прав народов, симпатии Пиконе и Ульмен к прямой демократии на местах как демократии «реальной», являют себя как обращенные к преконцептуальному в его шмиттеанском понимании попытки дать альтернативу нынешнему тревожному состоянию. Однако уже тот потенциал социальной критики, который мыслители «Телоса» открыли в наследии Шмитта и развили применительно к современному обществу, позволяет применять его и в изысканиях по поводу четвертой политической теории.


Александр Бовдунов  
Комментарии:
Оставить комментарий
Представьтесь

Ваш email (не для печати)

Введите число:
Что Вы хотели сказать? (Осталось символов: )
система комментирования CACKLE
Облачный рендеринг. Быстро и удобно
от 50 руб./час AnaRender.io
У вас – деньги. У нас – мощности. Считайте с нами!
Валерий Коровин Геополитика и предчувствие войны Удар по России издательство Питер

Валерий Коровин. Имперский разговор

Александр Дугин. Русская война

Валерий Коровин. Россия на пути к Империи

Валерий Коровин. Накануне Империи

Валерий Коровин. Накануне Империи

Александр Дугин. Новая формула Путина

Валерий Коровин. Конец проекта "Украина"

Александр Дугин. Украина. Моя война

Валерий Коровин третья мировая сетевая война

Информационное агентство Новороссия

А. Дугин. Четвёртый путь

А. Дугин. Ноомахия. Войны ума

Валерий Коровин. Удар по России

Неистовый гуманизм барона Унгерна

А. Дугин. Теория многополярного мира


Свидетельство о регистрации СМИ "Информационно-аналитического портала "ЕВРАЗИЯ.org"
Эл № ФС 77-32518 от 18 июля 2008 года. Свидетельство выдано "Федеральной службой по надзору в сфере связи и массовых коммуникаций".
 
Рейтинг@Mail.ru