Отношения между США и Китаем определённо переживают не лучшие времена. Для потребителей массовой информации всё началось с Интернет-скандала с участием Google Inc., косвенно обвинившего власти КНР в организации хакерской атаки на почтовый сервис компании и взлом электронных адресов ряда видных китайских правозащитников. Google, и без того копивший недовольство по поводу цензурных ограничений, накладываемых властями КНР, объявил о своём уходе с китайского рынка. Вслед за этим последовало заявление госсекретаря США Хилари Клинтон о поддержке позиции Google, во многом расцененное китайским руководством как попытка вмешательства во внутренние дела государства.

Следующим шагом на пути взаимной конфронтации стала история с поставками США вооружений Тайваню. Немногие могли ожидать, что Барак Обама, ранее заявлявший о своей приверженности политики «одного Китая», решится на столь неоднозначный ход. Соответствующий запрос со стороны Тайваня был принят к рассмотрению ещё при администрации Джорджа Буша. Не нужно быть экспертом в международных отношениях, чтобы понять: факт удовлетворения запроса именно сегодня является частью более сложной комбинации, в которой, возможно, Тайвань – лишь разменная величина.

Напомним, что общая сумма запланированной сделки между США и Тайванем составляет 6,4 млрд. долларов. Вашингтон намерен удовлетворить запрос Тайваня на поставку боевых вертолётов Black Hawk, знаменитых ракетных комплексов  Patriot, минно-поисковых кораблей и ряда других видов вооружений. В ответ на решение Белого дома Пекин объявил о введении экономических санкций против американских компаний, участвующих в проведении сделки. В их числе такие гиганты, как «Боинг», имеющий на китайском рынке очень серьёзные интересы. Кроме того, Пекин пригрозил Вашингтону разрывом всех военных контрактов.

Фокус в том, что практически все подобные меры помимо прямого имеют и обратный эффект. Ведь, ограничив предложение американских компаний на своей территории, Китай элементарно оставит неудовлетворённым уже сформировавшийся спрос. А, к примеру, «сброс» американских гособлигаций, о котором говорят как о возможном «наказании» Америки Китаем, с не меньшей силой ударит по китайским бумажным рынкам. В этом смысле слова китайского МИДа о «последствиях, которые ни одна из сторон не хотела бы видеть» весьма ёмко характеризуют ситуацию.

Интересно, что в это же самое время сам Китай рискует подвергнуться санкциям в связи со своим отказом поддержать экономическую блокаду Ирана. Более того, по мнению ряда экспертов именно столкновение позиций стран вокруг Ирана составляет истинную подоплёку всей ситуации.

Так, эксперт Института стратегических оценок и анализа Сергей Демиденко считает, что главной целью Вашингтона является именно Иран. США, по его словам, всеми силами стремятся к расшатыванию недружелюбного режима путём  максимального осложнения его экономического положения: «Если суметь хотя бы частично ограничить нефтяной экспорт, то это сильно ударит по внутриполитическим позициям в Иране, что может привести к дестабилизации правящего клерикального режима».

Однако, препятствием на этом пути стоит именно Китай, который отказывается поддержать коллективные санкции в отношении Исламской республики. В этой ситуации, как считает эксперт, США пытаются «разыграть тайваньскую карту», дав Китаю почувствовать свою уязвимость и, как следствие, склонить его к большей сговорчивости.

«Это не прямое давление. Американцы дают пока сигнал. США по сути не поменяли свою позицию. Они сказали "мы не будет бомбить Иран", но это не значит, что мы отказалась от политики смены режима», - заключает эксперт.

Заигрывание с Тайванем – вовсе не единственное обстоятельство, подтверждающее решимость США в отстаивании своего интереса. В дополнение ко всему Белый дом демонстрирует, что в случае чего не пожалеет и другой «любимый мозоль» КНР – Тибет. И если до сих пор Обама ни разу лично не встречался с лидером тибетских сепаратистов, то сегодня такая встреча уже анонсируется.

Итак, сдержанное дружелюбие в отношениях между двумя мощнейшими экономиками мира, идея мягкой и постепенной адаптации Китая к системе западных глобализационных стандартов – всем этим Вашингтон готов пожертвовать ради того, чтобы разделаться со своей головной болью на Ближнем Востоке – ядерной исламской теократией. Международный консенсус вокруг иранского атома и – шире – его региональной и даже внутренней политики, - вот та цель, которую действующая американская администрация преследует с не меньшим рвением, чем её предшественники.

Россия на сегодняшний день уже фактически уступила свои позиции по данному вопросу. Перспектива подвергнуться остракизму, видимо, слишком пугает режим, всеми силами стремящийся сойти за своего в компании «хороших парней» - западных капиталистических держав. На очереди Китай – крепкий орешек даже для США. Настолько крепкий, что об исходе нынешнего «схлёста» двух гигантов, равно как и о масштабах, которые он может приобрести в перспективе, пока можно только догадываться.