ЕВРАЗИЯ http://evrazia.org/article/750
Поговори со мной
«Я думаю, что в отношениях между Россией и США нет того доверия, которое должно быть»   24 ноября 2008, 16:18
 
Россия и Америка пытаются найти точки соприкосновения в проведении своих линий международной политики, но слишком часто становится непонятно, где имеют место искренние намерения, а где все те же элементы игры

Анализируя те или иные явления в сфере публичных отношений, следует учитывать не только то, кем и когда производятся высказывания, но и то, где это происходит, на какую аудиторию данная презентации рассчитана. Понятно, что информация бывает различного характера: секретная, экспертная, информация для широкого общественного использования - в том числе и в деле пропаганды – и так далее. Если же говорить непосредственно о дискурсе государственной власти, то помимо прочего следует различать информацию для внутреннего пользования и, так сказать, информацию на экспорт.

Стороны, стоявшие в середине августа на пороге лобового столкновения, как будто дали друг другу понять, что сейчас воевать никто из них не хочет. Хорошей войне снова предпочтен плохой мир.

Любопытным примером последнего случая стало выступление российского президента Дмитрия Медведева на площадке американского Совета по международным отношениям (CFR) 15 ноября. Для тех, кто знаком со спецификой данной крайне влиятельной неправительственной организации, что-то говорит уже сам по себе факт.

Если же попытаться раскрыть смысл ситуации в нескольких словах, то можно сказать следующее: американская внешняя политика имеет как бы два лица или, лучше сказать, две руки. С одной стороны мы имеем «ястребов»-неоконсерваторов из республиканской партии, с другой – сторонников более мягкого подхода к выстраиванию международных отношений. Условно представителей второго лагеря можно охарактеризовать как сторонников «теории конвергенции» в том или ином ее варианте. Они отвергают установку на жесткую конфронтацию «цивилизации моря» и «цивилизации суши» и реализуют свой интерес под прикрытием «общечеловеческой» риторики.

В отличие от клики неоконсов, которые чем-то напоминают миссионерский орден и гораздо более идеалистичны, утопичны и жестоки, лагерь «конвергенторов» более рассредоточен. Внутри него действует множество групп и ведется более сложная дискуссия по идеологическим вопросам. И если политика неоконсов больше ассоциируется с сугубо американским неоимпериализмом, то деятельность их условных оппонентов больше связана с реализацией планов по установлению единого мирового правительства. Что же касается институционального оформления этого второго лагеря, то как раз именно CFR является главным оплотом, рассадником и поставщиком соответствующих идей, кадров и решений.

Именно с деятельностью CFR компетентные отечественные политологи связывают функционирование прозападной «пятой колонны» в позднем СССР и на постсоветском пространстве. Именно по рецептам аналитиков этой структуры осуществлялась в стране перестройка и последующие комплексы политических и экономических реформ, приведших к распаду СССР и колоссальному хозяйственно-политическому ослаблению России. Конечно, в отличие от своих идеологических конкурентов – неоконсов, силы, группирующиеся вокруг CFR, не делают намеренного акцента на геополитическом противостоянии Евразии, но их конкретные действия на данном направлении нередко оказываются более эффективными, чем бесхитростные комбинации вояк-республиканцев.

Первая встреча сотрудников CFR с новым российским президентом прошла при финансовой поддержке «Альфа-банка». Медведева представил собравшимся президент Совета Ричард Хаас, а интервьюировала его не кто иная, как Мадлен Олбрайт – бывший госсекретарь США и кандидат в президентскую команду Барака Обамы.

О чем же говорил Дмитрий Медведев на площадке CFR? Конечно, ничего такого, о чем не было бы сказано в других форматах, от него в этот день не услышали. Кризис и необходимость консолидации на почве борьбы с ним, давние «непонятки» между Россией и США по поводу их сомнительных инициатив в сфере противоракетной обороны и тому подобное – ничего нового. Значение имел тон российского главы и соответствующее этому тону обстоятельство – победа Барака Обамы на президентских выборах в США.

Ведь двухчастное деление американских элит по оговоренному выше принципу получило свое непосредственное выражение и в президентской кампании. В финальной схватке сошлись типичный «ястреб» – Маккейн и типичный крайний демократ Обама. Победа последнего завершает комбинацию, выстроенную усилиями обеих этих «рук» США в отношении России.

Давайте немного отвлечемся от выступления Медведева и вспомним о событиях конца лета-начала осени. Попробуем проинтерпретировать их, исходя из знания о существовании этих двух операционных систем американской внешней политики.

Спустя несколько дней после атаки Грузии на Цхинвал сам Владимир Путин официально заявляет о том, что он усматривает во всем произошедшем след американских неоконсов. С такой постановкой вопроса соглашаются многие аналитики. Действительно, дерзкий жест, сочетающий ставку на военную составляющую с явным пренебрежением к формально-юридической стороне дела, несет явный отпечаток неоконсервативного стиля. Да и тот факт, что отношения между Грузией и США выстраивались исключительно по линии Саакашвили – верхушка республиканской администрации, свидетельствует в пользу этого.

Таким образом, на начальном этапе своего правления Дмитрий Медведев подвергается суровой проверке на прочность от американских ястребов. Однако, взять ситуацию нахрапом им не удается – Медведев держит удар, и в результате Россия не только удерживается на позициях, но и занимает более выгодное по некоторым показателям положение. Похоже, что цхинвальская операция была последним актом неоконсов на текущем политическом цикле. Настает очередь для демократического «пряника» прийти на смену республиканскому «кнуту».

Что же Медведев? На первый взгляд кажется, он готов играть по предлагаемым правилам: подчеркивает положительный аспект избрания именно Обамы, выражает надежду на то, что с ним-то диалог будет возможен, и сближение в непростых российско-американских отношениях все-таки произойдет. «Мы приветствуем выборы господина Обамы. Мы полагаем, что он будет работать над преодолением проблем, которые накопились в наших отношениях. Понятно, что любое изменение – это серьезное усилие, особенно в период, когда весь мир охвачен огромным кризисом, который трудно проанализировать. Любое преобразование в этот период является чрезвычайно трудным и болезненным. Но время настаивает на переменах», - заявил по этому поводу российский глава.

Стороны, стоявшие в середине августа на пороге лобового столкновения, как будто дали друг другу понять, что сейчас воевать никто из них не хочет. Хорошей войне снова предпочтен плохой мир. И, кажется, что предложение CFR заключается в том, чтобы сделать этот мир как можно лучше. Очевидно, что Медведев не может не понимать лукавства, заключенного в этом предложении. Ведь точно такое же предложение было в свое время сделано Михаилу Горбачеву. Чего стоил такой «мир» нашей стране, напоминать не стоит.

Не стоит также забывать и о бизнес-кругах. В этом смысле постановка вопроса «кому выгодно?» заставляет нас обратить внимание и на спонсора мероприятия – «Альфа-банк».

И все же вариант «Медведев-либерал», «Медведев-оттепель», на который так рассчитывали западники, все еще обладает инерцией реализации, соблазнение российского главы продолжается. После того, как Россия выдержала прямой удар в челюсть, ее ждет период затейливых комбинаций, подвохов и ловушек. Сможет ли Медведев использовать объективно сложившуюся ситуацию вынужденного потепления на пользу стране? Не забудет ли он за дежурными улыбками и возобновляющейся болтовней о точках соприкосновения и общих угрозах – не забудет ли он за всем этим уроков Цхинвала?

«Я думаю, что в отношениях между Россией и США нет того доверия, которое должно быть», - отметил он в своем спиче. – «Поэтому мы имеем большие устремления к новому правительству. Нынешнее правительство сделало много, чтобы создать базу для современных отношений между Россией и США. Я хотел бы упомянуть Сочинскую декларацию, которая отражает все, что происходило в отношениях России-США за период более чем восьми лет, но этого недостаточно. На многих позициях мы не можем найти точек соприкосновения. Это - прискорбный факт, но это - жизнь. И я думаю, что мы можем создать принципиально новую структуру, делая возможным создать партнерство между США и Россией. В конце концов, у нас действительно есть много общих интересов. Они включают стабилизацию мировой экономики, ядерное разоружение и поддержание процесса контроля над вооружениями».

Исходя из смысла высказывания, складывается впечатление, что Медведев рассчитывает с новой администрацией Белого дома получить и новую внешнеполитическую доктрину США, по сути новую Америку. Подобная наивность, в том случае, если она искренна, может вызвать у геополитиков только тревогу. Впрочем, президент четко заявляет о том, что отношение к новому правительству США будет строиться, исходя из его конкретных шагов по спорным вопросам, в том числе – по вопросу о ПРО.

«Мы будем не первыми, кто действует в ответ на развертывание систем ПРО в Европе», – подчеркнул президент. – «Мы сделаем это как своего рода возмездие, и только в случае, если эта программа будет продолжена в недопустимой для нас манере. Кажется, лучше иметь глобальную ракетную защиту, которая будет включать Российскую Федерацию, вместо того, чтобы иметь отдельные фрагменты, которые вызывают еще больше раздражающих факторов. Одной из идеей, сформулированных мной, была идея заключить европейский договор безопасности, так называемое паневропейское соглашение».

Иными словами, Медведев дает понять, что он не собирается «разевать варежку» как Горбачев, и на предполагаемый диалог он идет со своими предложениями и с твердым осознанием того, что существуют вещи, от которых нельзя отступать.

Возникает вопрос: а может ли в таких условиях вообще состояться «конвергенция», могут ли США и Россия стать ближе без того, чтобы перестать быть самими собой? Печальный опыт недавнего прошлого подсказывает, что, скорее всего, ответ будет отрицательным. Конечно, наивно было бы думать, что самые животрепещущие вопросы и самые интригующие предложения будут сделаны на голубом глазу. И все же многое говорит о том, что Медведев оказался не по зубам атлантистам. Если показательное выступление в формате CFR и было задумано как этап завуалированной вербовки Медведева в «конвергенты», то эта попытка провалилась.

Однако, следует подчеркнуть, что CFR обхаживает не только президента. В свое время они пытались наладить коммуникацию и с Сергеем Ивановым, и с Сергеем Лавровым. Это означает, что Америка как всегда верна себе и мыслит политическую ситуацию не статически, а динамически, всегда стараясь отработать запасные варианты на случай резкого изменения конъюнктуры. Это делает элементы влияния Вашингтона на российскую политику особенно опасными. И если сегодня они не нашли нужного подхода к высшим руководителям страны, то порядочная армия журналистов, общественников, пиарщиков и политологов все еще у них на поводке. Не стоит также забывать и о бизнес-кругах. В этом смысле постановка вопроса «кому выгодно?» заставляет нас обратить внимание и на спонсора мероприятия – «Альфа-банк». Впрочем, пока что это всего лишь свободные соображения. Отслеживание конкретных схем построения связей внутри российского сегмента сети CFR – дело компетентных органов.

Мы же со своей стороны будем надеяться на то, что, вступая в диалог с данной структурой, Дмитрий Медведев отдает себе отчет в том, с кем имеет дело, и не позволит себе непростительных ошибок.


Илья Дмитриев  
Материал распечатан с информационно-аналитического портала "Евразия" http://evrazia.org
URL материала: http://evrazia.org/article/750